Книга В черной краске становишься черным. Том 3, страница 64 – Юй Сы

Гу Вэньвэнь выдала ему жетон ученика, проводила до комнаты и ушла, выглядя очень нетерпеливой. Се Юньци не стал ее задерживать, поужинал в столовой для старших учеников и заперся в комнате, пока не зашло солнце. Только затем он аккуратно вышел наружу, уже переодетый в темно-синий халат ученика. Цвет был настолько отвратительным, что Се Юньци долго кривил губы, но в итоге решил смириться.

На Лотосовом пике в это время было еще довольно оживленно: ученики сновали туда-сюда по двору, а кто-то даже возмущенно ругался. Прислушавшись, Се Юньци узнал голос Цзи Фэна – тот кому-то гневно рассказывал неподалеку, что выскочка из мелкого клана занял его комнату, потому что Учитель приказал ее уступить. Се Юньци ухмыльнулся, радуясь, что даже без собственного участия смог насолить этому Цзи. Пусть Вэньвэнь считает это подарком от вернувшегося шиди.

Се Юньци неторопливо направился к главному двору, где жили Вэнь Цзеши и даос. У ворот он чуть не столкнулся с мрачным Лу Уюэ, а тот отпрянул, врезался в косяк, ойкнул и тут же споткнулся о порог.

Се Юньци:

— …

Он придержал лекаря за локоть и рывком поставил на ноги.

— Спасибо, – поблагодарил Лу Уюэ, поправил рукава, лишь мельком посмотрел на него и направился дальше. Вид у него был растерянный и расстроенный, и он даже не спросил, зачем незнакомому ученику нужно в главный двор. Се Юньци проводил его взглядом и нахмурился.

В главном дворе стояла тишина, разительно отличающая его от бокового. Се Юньци пожевал губы, гадая, куда же переселили даоса, а потом побрел наугад, бесцеремонно заглядывая в комнаты. Слуг в резиденции он не видел, и вообще казалось, что здесь никого нет. Да и в любом случае у него была прекрасная отговорка, что он ищет Учителя.

Се Юньци добрался до дальнего конца двора и развел двери. Там был уже знакомый ему темный кабинет с картиной на стене, за которой находилось скрытое пространство. Но он не стал подходить к ней, ведь больше в этом не было смысла. Вместо этого Се Юньци подошел к столу, рассматривая бумаги и поигрывая нефритовым жетоном в руке. Однако ничего интересного на столе не было – какие-то счета, запечатанные письма, книги. Се Юньци потянулся к одному письму, как вдруг услышал шум за спиной.

Мгновенно схватив письмо и сунув его за пазуху, Се Юньци шмыгнул за стеллаж с книгами и расписную ширму и присел, натягивая на себя тени и скрывая присутствие. Вэнь Цзеши был не сильнее его, юноша это знал точно, и потому он не заметил бы демона, даже окажись тот перед его носом. Се Юньци скрыл дыхание и прислушался.

В кабинет широким шагом зашел Вэнь Цзеши и взмахнул рукой, зажигая свечи. Он быстро закрыл двери, поставил засов, а затем подошел к столу и замер. Сидящий за ширмой Се Юньци стал еще тише, но ширма мешала ему увидеть, что происходит в комнате, поэтому он слегка подался вперед, выглядывая между книжными полками.

Вэнь Цзеши нависал над столом, мрачно глядя на бумаги. Он бездумно взял одно письмо со стола, пробежал его глазами, отложил, а затем… в порыве ярости перевернул стол. Бумаги разлетелись по кабинету, послышался звон тушечницы, свеча завалилась на бок и упала, зашипев и погаснув, а тушь растеклась по полу. Но и это не удовлетворило Вэнь Цзеши – он сорвал со стены прекрасную каллиграфию и разорвал ее на части, а затем взмахом рукава смел книги со стеллажа. Се Юньци пригнулся еще ниже, но Вэнь Цзеши в порыве своей беззвучной ярости и так бы его не заметил. Свечи вокруг задрожали, а в комнате завибрировал воздух от ци, которая кипела в главе ордена. Се Юньци почувствовал любопытство: кто же так разозлил Вэнь Цзеши, что тот разнес весь свой кабинет? На мгновение глава повернулся к нему, и Се Юньци увидел, как исказилось от гнева лицо всегда спокойного человека. Глаза налились кровью, идеальный пучок растрепался, а рот приоткрылся в беззвучном крике. Упавшая свеча подожгла бумаги, и в воздух поднялся дым.