Книга В черной краске становишься черным. Том 3, страница 57 – Юй Сы

Вэнь Цзеши пребывал в таком шоке, что медленно опустился в кресло и заторможенно кивнул. Все вокруг совершенно не понимали, почему этот юноша так заинтересовал Мо Хэ, что тот даже опустился до уговоров. Множество взглядов впилось в Се Юньци, который невозмутимо поднялся с колен и отряхнул полы халата.

— А что насчет тренировок? Я хотел бы получить бесценный опыт в Чэньси, а то с прошлым Учителем у меня не задалось, – беззаботно проговорил он.

— Этот Мо готов научить тебя всему, что знает, – проговорил Мо Хэ.

— Еще я желаю отдельную комнату, некомфортно мне жить с кем-то.

— Хорошо.

Се Юньци вскинул брови, удивляясь покорности даоса, и немедленно заподозрил неладное. Конечно, он устроил этот спектакль лишь в качестве разминки перед своей местью – не помешает сбить спесь с Чэньси, но не ожидал, что даос просто подыграет.

— Ладно, этот Сяо согласен, – кисло произнес он, растеряв весь запал к издевкам. Он опустился на колени и нехотя поклонился Мо Хэ. – Чай поднесу вам попозже.

Мо Хэ кивнул и махнул рукой, чтобы он поднялся.

— Прекрасно.

Никто не понимал, что тут может быть прекрасного: более унизительного приема в ученики Великий орден Чэньси еще не знал. Люди сражались за то, чтобы стать ее членами, а этот мальчишка… чуть не отказал самому даочжану Сюаньи. Множество завистливых взглядов прожигали спину «Сяо Шэ», а эта сцена вошла в историю как «даочжан Сюаньи трижды приходит в соломенную хижину». Должно быть, говорили люди, этот ученик был редким талантом, а даочжан лишь, подобно Лю Бэю, относится с уважением к тем, кто ниже его^[46]. Правда, потом время расставило все на cвои места и показало, что сплетням нельзя доверять.

Как бы то ни было, Се Юньци сбежал с возвышения под предлогом общения с друзьями, и Мо Хэ ему не препятствовал. Лишь когда Кунь Вэйжань вернулся, сообщив, что на заднем склоне Багряной скалы приступили к ремонту хижины и через пару дней она будет готова, Мо Хэ поднялся и попросил Гу Вэньвэнь позвать Се Юньци.

— В таком случае пусть пока остается на Лотосовом пике вместе с Гу Вэньвэнь и другими старшими учениками, – проговорил он.

Вэнь Цзеши почувствовал новую волну возмущения, но не стал спорить на публике. Он лишь сухо кивнул, и Кунь Вэйжань ушел все устраивать.

— Вэньвэнь, проводишь своего шиди? – Мо Хэ повернулся к ученице. Та хмурила брови и смотрела на арену, где Се Юньци о чем-то болтал с Су Янлэем. – Вэньвэнь?..

— Да, Учитель, – она не сказала ни слова против и лишь опустила ниже голову.

Мо Хэ вздохнул. Все это было несправедливо по отношению к Вэньвэнь, но его долг перед демоном оказался намного серьезнее, чем перед ней. У него осталось не так много сил и времени, и, к своему величайшему сожалению, он не мог ставить телегу впереди лошади.

Но когда она уходила, он не удержался и тихо окликнул ее:

— Вэньвэнь.

— Да, Учитель? – девушка тут же обернулась.

— Приходи ко мне вечером, заваришь этому Учителю чай, и я проверю твой прогресс за год, – он мягко улыбнулся.

— Конечно, Учитель! – Гу Вэньвэнь тут же повеселела и почти вприпрыжку бросилась по ступеням вниз.

Мо Хэ поднялся и повернулся к Вэнь Цзеши.

— Глава Вэнь, я вернусь на Лотосовый пик.

У того не было аргументов, чтобы останавливать шисюна. Как бы ему ни хотелось поместить Мо Хэ в мешочек-цянькунь и всегда носить с собой, он не смел рушить свою репутацию добродетельного главы Вэня. Так что он лишь скрипнул зубами и кивнул, и Мо Хэ, не торопясь, направился прочь. Многие провожали его разочарованными взглядами – выбор учеников еще даже не начался официально, а даочжан Сюаньи уже ушел! Разве это не значит, что больше никто не сможет стать его учеником? Все взгляды снова обратились к «везунчику», который беззаботно болтал с Су Янлэем.