Книга В черной краске становишься черным. Том 3, страница 28 – Юй Сы

Всего мгновение спустя из тени выскользнула фигура Се Юньци и, перейдя на цингун, помчалась на юг. На мосту он прислушался, а затем в несколько мгновений перелетел его, избегая людей. И вовремя: мимо прошли двое учеников, которые без конца переругивались. Притаившись за высоким камнем, Се Юньци различил знакомый голос.

— Цзи Фэн, что ты за мной увязался? Сегодня я не дежурю, у ворот свое отстояла, теперь я могу побыть одна?! – Гу Вэньвэнь, громко ругаясь, прошла мимо него, направляясь к Плоскому пику.

— В ордене комендантский час, запрещено бродить так поздно, – Цзи Фэн еле поспевал за быстроногой девушкой, на его лице было написано явное возмущение.

— Это запрещено, то запрещено – тебе-то какое дело? Поймает меня кто-то из старейшин, пусть и наказывают! – отмахнулась Гу Вэньвэнь.

— Да я о тебе беспокоюсь! – вспылил Цзи Фэн. – Как старший ученик ордена…

Не желая его слушать, Гу Вэньвэнь перешла на цингун, ловко ускользая в туман.

— Эй! – Цзи Фэн не зря был старшим учеником, потому что тут же погнался за ней. – От лица Учителя я имею право!..

На что именно он там имеет право, Се Юньци уже не услышал. Но сделал пометку, что его названной шицзе в ордене приходится несладко, если за ней постоянная слежка. Этот Цзи Фэн был старшим учеником главы Вэня, – неужели тот настолько не доверял ученице своего шисюна, что даже год спустя Цзи Фэн ходил за ней хвостом? Это натолкнуло Се Юньци на мысль, что не все правда в слухах, разлетевшихся по Поднебесной. Разве Вэнь Цзеши не вернул обожаемого шисюна в орден после долгих поисков? Разве не пригласил он для него лучших лекарей? Разве он не предоставил Лу Уюэ беспрепятственный доступ в Чэньси?

Когда голоса скрылись вдали, Се Юньци продолжил путь. Удача улыбалась ему сегодня – и глава ордена, и его старший ученик не были в своих покоях, а значит, меньше вероятность, что он столкнется с проблемами позже.

Лотосовый пик, как назло, был ярко освещен: каждый павильон украшали фонари, хотя его немногочисленные обитатели разбрелись кто куда. Перед главной резиденцией была большая пустая площадь, на которой не скрыться. Се Юньци пришлось идти в обход, прижимаясь к стене большого комплекса слева – кажется, библиотеки: в приоткрытое окно он увидел бесконечные стеллажи со свернутыми свитками, бамбуковыми книгами и нефритовыми табличками. Се Юньци случайно коснулся рамы плечом – и тут же зашипел от боли. Он пригнулся и заметил сложный символ, выжженный на подоконнике, – защитный талисман от темной ци, впечатанный в само дерево. Се Юньци на мгновение тупо застыл в этой неприглядной позе, глядя на эти изящные черты, – знакомый почерк, только будто не такой уверенный, детский. Неуловимый, незаметный след того, что этот человек здесь вырос.

Злость и раздражение из-за обожженного плеча, пульсирующего под одеждой, заставили его стиснуть кулаки. Он мог стереть этот символ в порошок, содрать слой дерева, уничтожить.

Но нельзя. Се Юньци отступил и выпрямился, следуя дальше, мимо главной резиденции, мимо внешнего двора – туда, где у самой вонзающейся в небо скалы виднелись внутренние помещения. Он остановился у высокой стены под сосной, а затем ловко взлетел по веткам и притих, глядя на молчаливый внутренний двор. Вэнь Цзеши не жил с большим размахом, и его резиденция состояла всего из нескольких дворов: внешний зал – для приема гостей, внутренний – для хозяина, а боковые дворики занимали его ученики. На дереве Се Юньци внимательно прислушался и скользнул взглядом по крышам.