Книга Перекрестки миров. Том 6, страница 29 – Джек из тени

Виктор Павлович сглотнул горькую слюну. О втором варианте он старался не думать.

Тяжелые двери в торце зала разошлись в стороны. Разговоры оборвались на полуслове, шепотки смолкли. В проеме показался генерал-лейтенант Зверев.

Глава военной разведки шел тяжелой, уверенной походкой хозяина положения. Ни тени суеты, ни намека на нервозность. Расстегнутый форменный китель, расправленные плечи, взгляд холодный и насмешливый. Следом серой тенью скользил Семешко из Совбеза, шелестя папкой с гербовой печатью. Но не Зверев приковал к себе взгляды доброй сотни высокопоставленных зрителей.

По правую руку от начальника ГРУ, слегка прихрамывая на левую ногу, шагал Виктор Сергеевич Дегтярев. Свежеиспеченный комдив выглядел в этом храме столичного паркета натуральным инородным телом.

Игнатов почувствовал, как спина покрывается липким потом. Какого черта комдив делает в Москве⁈ Он должен был сидеть на той стороне, в сотнях километрах от цивилизации, судорожно раздавать оплеухи подчиненным и затыкать дыры перед экранами трансляции! Личное присутствие командующего ударным соединением ломало весь выстроенный Игнатовым сценарий. Командиры не бросают свои части в день показательных учений, если только…

— Ба, какие люди на нашем перроне! — раздался с первого ряда язвительный голос.

Подать голос осмелился генерал-полковник Воронов — давний соратник Игнатова и главный лоббист в Генштабе. Старик повернулся в кресле, окинув Дегтярева откровенно издевательским взглядом с головы до ног.

— Виктор Сергеевич! А мы-то думали, вы там в окопах с лопатой сидите, рубежи укрепляете. Что же это получается? Дивизию без присмотра бросили, на растерзание местным зверушкам? Или лично прилетели рапорт об отставке на подпись подавать, пока вас там в котле не сварили?

По залу прокатился неровный, приглушенный смешок. Несколько штабных офицеров заулыбались, поддерживая выпад старшего начальника.

Дегтярев даже не сбавил шага. Он остановился в пяти метрах от Воронова, медленно повернул голову и окинул генерал-полковника таким взглядом, словно рассматривал на гусенице БМП налипший комок коровьего навоза. Без злости. С легкой тоской и глубоким профессиональным презрением.

— Здравия желаю, товарищи генералы, — спокойно, густым басом произнес Дегтярев. Акустика зала разнесла его слова по самым дальним углам. — Дивизия на месте, товарищ генерал-полковник. Окапывается согласно боевому расписанию. Личный состав сыт, обут и держит все под контролем.

Комдив сделал паузу, достал из кармана мятый носовой платок, промокнул обветренные губы и небрежно спрятал ткань обратно.

— А насчет присмотра… Сегодня в эфире работает отдельный разведывательно-штурмовой батальон майора Корнева. При поддержке его личного… теневого полка. Ребята взрослые, самостоятельные. Моего присутствия для раздачи подзатыльников там не требуется. Так что мне начальство разрешило взять попкорн и посидеть в кинотеатре в первом ряду, вместе с вами. Посмотреть, так сказать, кино про настоящую войну.

— Теневой полк? — подал голос замминистра промышленности, наморщив лоб. — Это те самые… с хвостами?

Дегтярев не удостоил чиновника ответом. Он молча прошел к свободному креслу во втором ряду, прямо за спиной онемевшего Игнатова, и тяжело опустился на сиденье. Кресло жалобно скрипнуло под тяжестью массивного тела генерала. От комдива отчетливо тянуло табаком марки «Ява» и морозной хвоей — запах живой передовой, от которого лощеных штабистов начинало мутить.