Книга Перекрестки миров. Том 4, страница 99 – Джек из тени

— И как назло, в округе ни одного хвостатого, кто владеет латынью! — возмущенно продолжил Леший. — Я ни хрена не понял, что этот первый крендель от меня хочет. Выскочил, орет что-то, слюной брызжет. Ну, я просто потушил паренька, когда он ручки ко мне свои шаловливые потянул.

— Совсем молодой? — уточнил капитан.

— Ага, — кивнул Комаров. — дурной совсем. Поэтому жестить не стал. Аккуратно пробил, чтоб дыхалку сперло, и затем вырубил уже в ноль. Затем переступили через него и пошли дальше.

— Гуманист, — констатировал Корнев.

— А там через метров сто — еще один! — Леший всплеснул руками. — Из-за телеги выруливает. В кожаной броне, тоже орет, рукой тычет в мою сторону. Дальше все под копирку: вопли, попытка схватить за разгрузку, мой кулак, лицом в землю и спит.

— Это второй… — протянул капитан, сдерживая смех. Картинка вырисовывалась эпичная. Суровый русский лейтенант идет по чужому рынку, а об него убиваются местные Ромео.

— С третьим чутка сложнее вышло, шеф, — Леший снова тоскливо вздохнул. — Вот тут я и понял, в чем, собственно, проблема! Нашелся среди группы поддержки этого третьего идиота переводчик на латынь.

— Ну-ну-ну… — предвкушающе произнес Корнев, разворачиваясь к подчиненному.

— В общем, меня уже чуть ли не официально записали в женихи мелкой! — с неподдельным ужасом в голосе произнес Комаров. Взгляд лейтенанта заметался по кабинету. — Она, оказывается, семье объявила, что выбрала меня! А эти дебилы на рынке — местные отвергнутые претенденты. И они решили по своим местным понятиям раскидать, что я ей не подхожу, я чужак, а вот они — самое то. Типа, дуэль чести за право пойти под венец!

Корнев закусил губу, чтобы не заржать в голос.

— И что третий?

— А что третий? Я ему через переводчика сказал, что он дебил. Мальчик обиделся. Полез драться. Прилег отдохнуть рядом с телегой, — буркнул Леший. — А вот когда он прилег, примчался папаня Лисеи. И вот тут начался цирк. Папаша навешал лещей группе поддержки, наорал на стражу, взял меня под локоток и с почетом довел прямо до самой арки! Бормотал что-то одобрительное. Я так понял, если бы он нас не проводил, там бы чуть ли не на каждом перекрестке эти свадебные альфачи с заточками стояли. Я для них теперь главный босс этого уровня.

Капитан подошел к столу и сел напротив лейтенанта.

— Ну, так-то девка она видная, — заметил Корнев, делая морду ящиком и включая режим психолога. — Фигуристая, преданная. Боевая опять же.

— Да и ты вроде как… — капитан замолчал, проникновенно глянув на Лешего. Он толсто намекал, что лейтенант сам позволял девчонке виснуть на себе все это время. Поздно пить боржоми, когда почки отказали. Все эти телодвижения с «отстань, малявка» надо было заканчивать давно и жестко, если она ему действительно не нужна.

— Вроде как да… — почесав затылок, хмуро признал Комаров. Лейтенант отвел взгляд. — Но как-то всё, не знаю… Быстро? Неправильно?

— Не так себе представлял семейную жизнь? — закончил за него капитан, вспоминая свое собственное прошлое.

Леший молча кивнул. Сибирский мужик, привыкший к простому и понятному миру уставов и приказов, банально потерялся в инстинктах кошачьего общества.

— Советов давать не буду, Саня. Ты мальчик взрослый, — со вздохом сказал Алексей, поднимаясь. — Сердцу не прикажешь, а устав на любовь не написан. Единственное, что скажу как командир: закрой эту тему. Так или иначе. И лучше сделай это сегодня вечером.