Книга Перекрестки миров. Том 4, страница 73 – Джек из тени

Стоявший у окна Корнев отвлекся от изучения карты и подошел к столу лейтенанта. Профилактический лещ прилетел Лешему в затылок с идеальной точностью.

— Отставить Заполярье, Комаров, — громко гавкнул капитан. — Девочка тянется к знаниям. Покажи пример подчиненным. С этого дня добровольно записываешься на курсы языка хвостатых. Будешь развивать межвидовую коммуникацию.

— Командир, за что? — взвыл Леший, потирая ушибленный затылок.

— За интеграцию, лейтенант. Кругом марш за парту.

Когда Лисея узнала, что ее обожаемый «пятнистый воин» теперь сидит в соседнем классе и старательно ломает язык о местную фонетику, она едва не зарыдала от абсолютного счастья. Остаток дня она носилась по городу, сообщая эту новость каждому знакомому.

Казанова, наблюдая за мучениями товарища, сначала откровенно веселился. Но вечером, когда Леший с обреченным видом собирал тетрадки для занятий, связист внезапно молча пододвинул стул и сел рядом.

— Ты чего? — подозрительно прищурился Комаров.

— А чего? — набычился Казанова, с вызовом глядя на товарища. — Я что, тупой по-вашему? Или у меня памяти нет? Тоже буду язык учить. И вообще… Так с местными контакт быстрее наладим. Вопросы логистики решать проще.

Корнев, зашедший в этот момент в кубрик, остановился в дверях. Он медленно перевел взгляд с краснеющего связиста на окно. Там, на улице, прислонившись к деревянному столбу ограды, стояла молодая, фигуристая брюнетка из местных. Девица не мигая пялилась на окно их кубрика, буквально пожирая Казанову глазами.

— Особенно контакт вон с той темненькой наладить хочешь? — с непередаваемым сарказмом уточнил капитан, кивнув в сторону окна.

Казанова сделал морду кирпичом. Ни один мускул на его лице не дрогнул.

— И с ней тоже, товарищ капитан, — кивнул связист. — Исключительно в рамках укрепления дипломатических связей между нашими мирами.

Леший хмыкнул, Корнев закатил глаза. Интеграция шла полным ходом.

* * *

Грязь летела во все стороны, смешиваясь с потом и тяжелым, хриплым дыханием. Полигон на окраине города превратился в филиал преисподней для шести сотен хвостатых. Три сотни бывших наемников, привыкших к вольной жизни, и три сотни уличных «охотников за бездельем», которых выскребли из таверн, сейчас напоминали стадо загнанных лошадей.

Боевая кошка подошла к задаче с фанатизмом инквизитора.

Она гоняла их четыре часа без перерыва. Кросс с камнями в рюкзаках, отработка блоков со щитами до кровавых мозолей, спарринги в самых дерьмовых условиях окружения. Шесть сотен здоровых мужиков выглядели так, словно только что сошли с галер, где месяц беспрерывно работали веслами в шторм. Многие просто лежали на мокрой земле, не в силах даже застонать, раскинув руки. Грудины тяжело вздымались, кто-то выворачивал желудок в ближайшие кусты.

Эйрин стояла тут же, на краю полигона. Она проделала все те же упражнения, пробежала ту же дистанцию с двойным весом и провела три десятка спаррингов подряд.

Только вот выглядела она так, будто только что вышла из дорогого спа-салона. Лицо лишь слегка порозовело. Дыхание идеально ровное. Форма лишь слегка грязная, но движения легкие и пружинистые. Привалившись спиной к столбу, Эйрин меланхолично грызла какой-то сочный местный фрукт, с презрением взирая на стонущую массу инвалидов.