Книга Перекрестки миров. Том 4, страница 14 – Джек из тени

Кошаки плыли от его вопросов. Они привыкли, что главы кланов интересуются только данью, воинами и личной преданностью. А этот чужак копал вглубь, до самых корней, выясняя то, о чем сами хвостатые порой и не задумывались.

На все про все ушло еще два с половиной часа. К концу планерки делегация выглядела выжатой, как тряпки после хорошей стирки. Когда Корнев наконец отпустил их, кошаки потянулись к выходу с явным облегчением. Тисса задержалась. Она пропустила остальных вперед, дождалась, пока за последним из них закроется дверь, и закрыла ее поплотнее. Затем повернулась к капитану.

Корнев насторожился. Что-то в ее взгляде ему не понравилось. Слишком хитрый. Слишком многозначительный.

— Господин, — почти прошептала Тисса, подходя ближе к столу. — Есть еще кое-что. То, о чем я не хотела говорить при остальных.

— И что же? — Корнев устало вздохнул. После всего услышанного он был готов к любой новой пакости.

Тисса оглянулась на дверь, словно опасаясь, что их подслушают сквозь стены.

— У нас своя арка, — выдохнула она еще тише прежнего.

Капитан медленно выпрямился на стуле. Усталость как рукой сняло.

— Своя арка? — переспросил он. — Врата? На землях клана?

— Да, господин, — Тисса кивнула. — Глубоко в наших землях, в старом ущелье. Семеро воров знали о ней, но держали в строжайшей тайне. Даже Совету не докладывали. Я узнала случайно, перебирая их бумаги той ночью.

— И куда она ведет? — заинтересованно спросил капитан, подаваясь вперед.

Тисса замолчала. А потом на ее губах расцвела хитрая, почти лукавая улыбка. Она склонила голову набок, и в глазах заплясали озорные искорки.

— Я думала, вы нам расскажете, господин, — мягко произнесла бывшая глава клана Ночных Теней.

Транспортный вертолет трясло мелкой, зубодробительной дрожью. Машина шла на высоте километра, закладывая широкий вираж, чтобы обойти уже вторую грозовую тучу, висевшую над сплошным зеленым ковром Великого Леса. В иллюминаторы то и дело били вспышки молний, выхватывая из полумрака десантного отсека хмурые лица пассажиров. Пилоты упорно тянули тушу вертолета к цели, ориентируясь на указанные ориентиры.

Корнев сидел на откидном сиденье, привалившись затылком к вибрирующей переборке. В активных наушниках стоял ровный шум от подавления, отсекающий рев двух турбовальных двигателей. Капитан прикрыл глаза, прокручивая в голове события последних суток.

Визит к горцам-аштари пришлось немного сдвинуть по графику, но Орди и его свита покинули кошачий мегаполис в приподнятом настроении. Срач, который они устроили со старейшиной Ил’дой за закрытыми дверями, вошел бы в анналы местной дипломатии, если бы кто-то вел протокол. Они орали друг на друга так, что стены из векового дерева дрожали. Ил’да уперлась рогами: хрен она отдаст Красные рощи, даже за вагоны земной тушенки и горы стального оружия. Орди, багровея лицом, рычал, что плоды этих деревьев — единственное, что спасает его народ от генетического вырождения, и если старая ведьма не пойдет на уступки, гиганты спустятся с гор и открутят хвосты всему ее Совету.

Когда трехметровый горец окончательно закипел и в два глотка осушил деревянное ведро с ледяной водой, чтобы просто не убить Ил’ду на месте, Корнев аккуратно вклинился в разговор. Он как бы невзначай бросил, что земная медицина в теории способна разобраться с проблемой деградации аштари и без всяких волшебных красных желудей. Старуха сверлила капитана долгим, тяжелым взглядом. Пыталась поймать на блефе. Но в итоге сдалась, с барского плеча отписав горцам самую крайнюю рощу.