Книга Перекрестки миров. Том 3, страница 30 – Джек из тени

— Зато сможем спрятать за численным составом, — мгновенно подхватил мысль особиста Асатьев.

— А можно я кому-то из вас на сдачу челюсть сломаю? — вежливо поинтересовался Корнев. Капитан прекрасно понимал, к чему клонят эти два манипулятора, которые играли в свои трехмерные шахматы человеческими судьбами.

Третьяков рассмеялся, обнажив белые зубы.

— Как ты тогда сказал мне у Врат, Алексей? — ухмыльнувшись, спросил майор. — Хрен тебе по всему макияжу? Ну вот, ответочка прилетела. Отвертеться не выйдет, Барон. Решение принято.

— Сколько? — уточнил Корнев, понимая, что против такого альянса его капитанские погоны не пляшут от слова совсем.

— Расширяем твою роту до двух сотен штыков, — торжественно объявил Асатьев, откидываясь в кресле. — На полноценный батальон пока ты не тянешь, так что по бумагам проведем как усиленное подразделение какого-нибудь теперь особого назначения. Больше техники, больше ресурсов, отдельное снабжение. И статус, разумеется.

— И ты теперь, Лёша, сидишь в своем командном «Тайфуне», весь в белом и зеленой шляпе, как бутылка кефира — продолжил рисовать картину Третьяков, откровенно издеваясь над помрачневшим разведчиком. — В самое пекло с автоматом больше не лезешь! Твоя задача — руководить и быть символом. Лишь когда рассеивается дым от взрывов, ты медленно, с достоинством выходишь из брони и на развалинах делаешь героическую позу.

Майор театрально взмахнул сигаретой.

— Девки от восторга текут, мужики-аборигены пускают суровую слезу умиления, дети радостно орут, что хотят стать таким же крутым полководцем, как дядя Лёша. Идеальный эквит, вождь и просто хороший парень!

Корнев слушал эту тираду с лицом, высеченным из камня. Перспектива сидеть в бронированной коробке, пока Гвоздь и Леший будут месить грязь под огнем ушастых, вызывала у него отвращение.

— Вы мне еще штаны с красными лампасами выдайте, — съязвил Корнев, криво улыбаясь под ехидной усмешкой Третьякова. — И шашку золотую, чтобы я с брони ей махал для пущего эффекта.

— Лампасы — это перебор, хотя кто его знает… — задумчиво ответил Асатьев. — Но новую форму без стандартных знаков различия тебе выдадут. Привыкай, капитан. Твоя война только что стала политической. И крови в ней проливают не меньше, чем на передовой. Иди к своим людям, скоро их станет заметно больше…

Дверь в выделенные римской делегации апартаменты захлопнулась с такой силой, что пластиковые панели обшивки жалобно скрипнули. Принцесса Валерия прошла на середину комнаты, скинула с себя нагрудник, бросив его прямо на застеленную казенным бельем кровать, и повернулась к сопровождающему.

Флавий, один из старших агентов Магистра Оффиций, следовавший за ней тенью, замер у порога. Он прекрасно считывал настроение госпожи. Сейчас она напоминала взведенную баллисту.

— Доставай, — коротко приказала Валерия, протягивая руку.

Флавий нахмурился, его рука инстинктивно легла на неприметную сумку, висевшую на поясе.

— Ваше Высочество, это неразумно. Подавление фона во время переговоров, затем этот всплеск в конце… Использование Глаза Императора на таком расстоянии может привести к необратимому выгоранию узлов. Позвольте мне отправиться к ближайшему легиону за границу леса. Я передам сообщение по цепочке эстафет.

— Я сказала — доставай, — голос принцессы упал до зловещего шепота. — У меня нет времени ждать, пока ты будешь скакать по лесам, прячась от патрулей местных дикарей. И я не покину этот лагерь ни на шаг, иначе мы потеряем нить переговоров. «Зеленые» не должны понять, что мы берем паузу из-за слабости. Давай артефакт. Это приказ.