Книга Перекрестки миров. Том 2, страница 19 – Джек из тени

Аккуратные кубрики на четверых для сержантов и рядового состава с нормальными, не продавленными до пола кроватями, отлично дополнялись вполне сносными отдельными комнатами для офицерского состава. Корнев заглянул в свою — стол, стул, кровать и даже шкаф для одежды. Не номер в «Хилтоне», конечно, но после жизни в КУНГе или палатке, это были настоящие хоромы.

И, как вишенка на торте, в конце длинного коридора обнаружились несколько чистых, облицованных белой плиткой сортиров и целая шеренга работающих душевых кабин, из которых, о чудо, текла горячая вода, чтобы вообще из области фантастики.

— Горячая вода! — разнёсся по коридору восторженный крик Гвоздя, который уже успел раздеться по пояс и сунуть свою бритую голову под струю. — Мужики, это рай!

Бойцы, забыв про усталость, сгрудили баулы в кучу и разбрелись по казарме, как дети по магазину игрушек. Щупали матрасы, открывали и закрывали тумбочки, с почти священным трепетом включали и выключали свет. Эта простая, почти бытовая радость была всем необходима. Она смывала остатки напряжения, возвращая в реальность, где есть не только война, но и простые человеческие удобства.

Леший нашёл Корнева в каптёрке, где они со старшиной принимали по описи имущество.

— Командир, народ в эйфории. Боюсь, как бы они тут от радости пить не начали, — вздохнул взводный, присаживаясь на ящик с противогазами.

— Пусть порадуются, — ответил Корнев, не отрываясь от бумаг. — Заслужили. Но вечером построение, доведу план на ближайшие дни. И про сухой закон напомню. Кто нажрётся — будет рыть окопы полного профиля для кавалериста на бронепоезде саперной ложкой.

— Жёстко, но справедливо, — кивнул Леший. — Кстати, по поводу планов. Комбат тебя искал, сказал, как только расположишься, сразу к нему в штаб. Вид у него был, скажем, деятельный.

Корнев нахмурился. «Деятельный» вид комбата обычно не предвещал ничего хорошего. Чаще всего это означало, что где-то наверху придумали очередную гениальную операцию, выполнять которую придётся его разведчикам.

— Ладно, схожу, — капитан отложил ручку. — Старшина, принимай дальше.

Выйдя из казармы, Корнев вдохнул полной грудью. Воздух здесь был другим. Чистым, без привычной примеси городского смога и выхлопных газов. А со всех сторон доносились команды, стук молотков, рёв техники. Армия обживала новый мир, пускала корни в чужую землю. А рота Корнева была на самом острие этого процесса.

* * *

Всю эту бытовую, почти домашнюю эйфорию, разлившуюся по расположению роты, безжалостно обломал комбат, подполковник Рябов. Он нарисовался на пороге казармы как раз в тот момент, когда бойцы, перетаскав вещи, сбились в кучу в курилке, оживлённо обсуждая, где лучше сушить портянки и не заведётся ли в местных лесах какой-нибудь аналог самогонного аппарата.

Комбат не стал орать или разгонять это сборище. Просто молча встал на крыльце, и одного вида хватило, чтобы разговоры стихли, а бойцы начали поспешно тушить сигареты. Рябов с дежурной, ничего не выражающей улыбочкой обвёл взглядом притихших разведчиков и нашёл глазами Корнева.

— Алексей, зайди, — коротко сказал комбат и, не дожидаясь ответа, развернулся и зашагал в сторону штабного модуля.

Корнев молча кивнул и пошёл следом, на ходу застёгивая китель. Разговор предстоял явно не из приятных.