Книга Перекрестки миров. Том 2, страница 17 – Джек из тени

Корнев моргнул, восстанавливая фокус. Машина вывалилась на огромную, раскатанную гусеницами просеку. Никаких засад, никаких огненных шаров. Только наши танки, разъезжающиеся по секторам, и суета разворачивающегося лагеря. Мы прошли, Рубикон остался позади. Теперь мы официально стали жителями параллельной реальности, где каждый новый день нужно будет выгрызать зубами. Корнев спрыгнул с брони, ботинки глухо ударились о чужую землю. Ну здравствуй, старый новый дом. Посмотрим, насколько ты гостеприимен в этот раз…

Картина, что предстала перед разведчиками сразу после перехода через Врата, вызывала в душе каждого весьма противоречивые, почти шизофренические чувства. С одной стороны, воздух здесь, пропитанный незнакомыми ароматами трав, казался тревожным. Он давил на лёгкие, заставляя инстинктивно сжимать в руках оружие. Но с другой стороны, после промозглой сибирской осени с её бесконечным дождём и свинцовым небом, яркий, почти ослепляющий свет местного солнца, отражающийся от двух лун, всё ещё висевших над горизонтом, вызывал какой-то дикий, почти щенячий оптимизм.

Батальон вывалился не в грязные, наспех вырытые окопы и не на поляну, усеянную трупами, как в прошлый раз. Бойцы оказались на территории грандиозной, раскинувшейся на многие гектары стройки. Тяжёлые инженерные машины, переброшенные сюда первыми, уже успели срыть пару холмов, выровнять площадку и проложить широкие, укатанные гравием дороги. В воздухе стоял гул работающих дизельных генераторов, визг циркулярных пил и сухой треск сварочных аппаратов. Это прозрачно, без всяких экивоков намекало, что армия вгрызлась в этот чужой мир всерьёз и, судя по масштабам, навсегда.

Перспектива жить в сырых, холодных землянках ближайшие полгода никому особо не улыбалась, так что ровные ряды новеньких, ещё пахнущих свежей краской сборных домиков смотрелись настоящим шиком. Пока колонна медленно ползла к отведённому для батальона сектору, в кузовах и на броне тут же началось бурное обсуждение открывшихся перспектив. Первичный шок от перехода сменился обычной солдатской болтовнёй, лучшим средством от нервного напряжения.

— Глянь, мужики, — толкнул своего соседа локтем один из бойцов, кивая на почти готовый ряд казарм. — Окна пластиковые, крыша мягкой черепицей крыта. Не иначе, как пятизвёздочный отель «Всё закопано» для нас отгрохали.

— Ага, с трёхразовым питанием сухпайком и вечерней анимацией в виде марш-броска, — хмыкнул его товарищ, перекидывая автомат с плеча на плечо. — Но хоть не в палатке зимовать, и на том спасибо.

Наивные души из пополнения уже начали лелеять робкие мечты об увольнительных на большой земле. Мол, раз портал стабилен, то в субботу можно будет сгонять домой, в баньку сходить, пивка выпить, а в понедельник обратно, на службу. Ветераны, слышавшие эти разговоры, лишь криво усмехались, но переубеждать молодёжь не спешили. Жизнь сама всех научит.

— Какая, к чёрту, Земля, — пробасил Гвоздь, спрыгивая с брони БТРа, когда колонна наконец остановилась. — Увольнительные здесь будут давать в местный лес. За грибами и разрывными стрелами в задницу.

Казанова, спрыгнувший следом, картинно отряхнул штаны и огляделся с видом заправского туриста.

— Ну не скажи, друг мой ситный. Лес, это, конечно, хорошо, но не эстетично. Я слышал, тут где-то неподалёку римляне тусуются. У них, поди, и города есть, и таверны с вином. И, смею надеяться, женщины, которые не покрыты густой шерстью и не пытаются откусить тебе голову после соития.