Книга Спящие города, страница 101 – Джек из тени, Марк Блейн

— Что с ней? — я повернулся к врачу. Мой взгляд был жёстким. — Я хочу знать только правду. Без прикрас. Это яд? Проклятие?

Старый лекарь смотрел на меня спокойно, без страха и суеты. Он служил дому Вальдемар всю свою жизнь и видел вещи похуже разъярённых герцогов. Врач устало вздохнул.

— Ни то, ни другое, ваше сиятельство.

Старик помолчал, а потом его морщинистое лицо вдруг расплылось в доброй, отеческой улыбке.

— Поздравляю вас, ваша светлость, — сказал он тихо, с какой-то заговорщицкой интонацией. — С вашим первым наследником.

Я замер. Слова врача доходили до меня медленно, как будто пробиваясь сквозь толщу ваты. Наследник? Ребёнок? Я тупо смотрел на него, потом перевёл взгляд на Элизабет.

— Что?

— Состояние вашей супруги, — терпеливо пояснил врач, видя моё ошарашенное лицо, — вызвано не болезнью. Оно вызвано вашим ребёнком. У него очень сильный магический дар. Настолько сильный, что буквально вытягивает жизненные силы из матери. Это редко, но бывает в родах с сильными магическими корнями. Организм герцогини просто перестраивается и адаптируется. Ей нужен покой, хорошее питание и сильное плечо рядом.

Он снова улыбнулся и, поклонившись, тихо вышел из комнаты, оставив нас одних.

Я медленно опустился на колени рядом с Элизабет и взял её за руку. Её пальцы были холодными, но живыми. Элизабет смотрела на меня, и в её глазах стояли слёзы.

— Ты рад? — прошептала Элизабет.

Я не смог ничего ответить. Просто молча кивнул, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. И в этот момент я почувствовал себя самым счастливым и самым напуганным человеком в двух мирах.

Новость разнеслась по замку, а затем и по столице, со скоростью лесного пожара. Сначала я хотел придержать информацию, оценить риски, подготовить почву. Но, увидев, как засияло лицо Элизабет, когда я дал согласие на официальное объявление, понял, что не имею на это права. Ей, как и всему этому измученному войной герцогству, нужна была хорошая новость. Нужен был символ надежды.

И столица взорвалась.

Я отдал приказ, и по всему городу, от кафедрального собора до маленьких приходских церквушек, ударили колокола. Этот звон, поначалу тревожный и настораживающий, быстро сменился на праздничный, ликующий перезвон. Люди высыпали на улицы, не понимая, что происходит. Но когда глашатаи, взобравшись на бочки и ступени ратуши, начали срывать голоса, выкрикивая благую весть о будущем наследнике, город сошёл с ума.

Начались стихийные празднования. Торговцы выкатывали на улицы бочки с дешёвым вином и элем, трактирщики разливали выпивку по дико спекулятивной цене, из окон домов вывешивали старые, выцветшие знамёна дома Вальдемар. Атмосфера всеобщей тревоги, которая висела над столицей последние месяцы, сменилась чувством облегчения и надежды.

Я смотрел на это из окна замка, и мой цинизм снова брал верх. Ведь прекрасно понимал, что радуются они не столько самому факту рождения ребёнка, сколько тому, что он символизирует. Стабильность и преемственность власти. Конец эпохи междуцарствия и неопределённости. Появление наследника означало, что новая династия, династия «Железного Герцога», как меня уже начали называть на основных территориях, и его ледяной герцогини, укореняется. И это было мощнейшим политическим заявлением.