Книга Шипы кровавой розы, страница 80 – Джек из тени, Марк Блейн

Эффект был чудовищным. Огромный сноп стальных шариков, смёл первые ряды эльфийской фаланги, которая выруливала на нас с соседней улицы, превратив их в кровавое решето. Второй залп ударил по крышам, снося магов, как кегли в боулинге. Эльфы, попавшие под перекрёстный огонь, дрогнули. Их строй окончательно рассыпался, и они начали отступать, бросая оружие и раненых.

На другом конце площади, шагая по главной улице, что вела к цитадели, показалась новая колонна. Это была гвардия Каэлана. Идеально ровные ряды воинов в чёрной, как ночь, броне, с высокими, глухими шлемами. Они шли медленно, неотвратимо, как сама смерть. А впереди, на чёрном, как смоль, коне, ехал лорд Каэлан.

Спутать Каэлана с кем-то другим не представлялось возможным, от одного его вида меня должно смывать пафосом и презрением. Высокий и аскетичный, с холодным, презрительным лицом. Он остановился, окинул взглядом площадь, усеянную телами, и его губы скривились в брезгливой усмешке. А потом он поднял свой тонкий, изящный меч, указывая на нас. И его гвардия, без единого крика, как хорошо отлаженный механизм, двинулась в атаку.

Их контратака была идеальной. Щиты сомкнуты, копья выставлены вперёд. Они шли, не обращая внимания на огонь наших стрелков и оставшиеся гранаты. Пули и осколки отскакивали от защитных барьеров и зачарованной брони, не причиняя вреда.

— Отходим! — крикнул своим, понимая, что мы не выстоим против этой стальной машины сейчас.

Мы начали отступать, огрызаясь огнём, пытаясь сдержать их натиск. Но они шли вперёд, неумолимо, шаг за шагом оттесняя нас назад, к тому самому пролому в стене, который ещё час назад казался нам воротами к победе, а теперь рисковал стать для нас смертельной ловушкой…

Площадь, которая ещё час назад казалась мне воротами к победе, теперь превратилась в нашу персональную Голгофу. Мы отступали к тому самому пролому в стене, через который так триумфально ворвались в этот проклятый город. И сейчас он рисковал стать для нас не выходом, а горлышком бутылки, в котором нас всех и перебьют.

А впереди, неумолимо, как ледник, ползла чёрная гвардия Каэлана. Каждый их шаг был выверен, каждый взмах меча экономичен и смертоносен. Они не кричали, не впадали в ярость, просто делали свою работу, методично, шаг за шагом, оттесняя нас, перемалывая наши порядки, превращая моих лучших гвардейцев и орков в кровавый фарш.

Защитные плетения, мерцающие вокруг их сомкнутых щитов, пожирали наши пули и осколки гранат. Винтовочный залп, который ещё недавно косил их обычную пехоту, как траву, теперь лишь выбивал тусклые искры из их магических барьеров. Я видел, как пуля, выпущенная одним из моих лучших стрелков, просто испаряется в сантиметре от шлема эльфийского офицера.

— Держаться! — орал, пытаясь перекричать грохот боя. — Отходим к пролому! Перегруппировка у стены!

Мой голос тонул в какофонии лязга стали, сухих щелчков винтовок, предсмертных криков и глухих, утробных ударов эльфийских мечей по щитам. Мои парни, мои закалённые в десятках боёв ветераны, дрались как черти. Они цеплялись за каждый камень, за каждый метр этой проклятой площади, но силы были слишком не равны. Нас просто давили массой и идеальной организацией.

Урсула, чьё плечо снова кровоточило, была похожа на раненую медведицу. Она стояла в центре своего поредевшего отряда орков, её двуручный топор описывал в воздухе смертоносные круги, не подпуская к себе врага. Но я видел, что орчанка уже на пределе. С каждым взмахом её движения становились всё медленнее, а на лице, покрытом сажей и кровью, проступала серая тень усталости.