Книга Формула огня, страница 88 – Джек из тени, Марк Блейн

— «Ястребы»! Огневое прикрытие! Подавить любые цели в проломе и на стенах!

И моя армия, наконец, обрушилась на агонизирующий «Чёрный Клык».

Зелёно-стальной поток, до этого неподвижный и напряжённый, хлынул вперёд, к чёрному, изуродованному телу крепости. Я смотрел на них, и в груди рождалось странное, холодное восхищение. Они не бежали, как люди, сбиваясь в кучу, обгоняя друг друга. Они неслись, сохраняя подобие строя, как тяжёлая, неумолимая волна, и земля гудела под тысячами тяжёлых сапог. Впереди, легко узнаваемая даже на таком расстоянии по своим исполинским размерам и двум огромным топорам, которые она держала в руках, неслась Урсула. Она не оглядывалась, её взгляд был прикован к зияющей дыре в стене, к своей цели. Она верила мне, доверяла настолько, что вела свой народ в самое пекло, будучи уверенной, что я прикрою её спину. И это доверие было куда более тяжёлой ношей, чем любая ответственность за жизни солдат. Его нельзя было обмануть.

Я не сводил подзорной трубы с пролома. Там, среди нагромождения чёрных, дымящихся камней, началось движение. Выжившие эльфы, оправившись от шока артиллерийского удара, занимали позиции. Я видел, как мелькают бледные лица, как в узких щелях между валунами появляются маги, как на уцелевших участках стены над проломом выстраиваются лучники. Они готовились встретить лавину, собирались превратить мой свежепостроенный пандус в кровавый тир.

— Наивные, — пробормотал я себе под нос, опуская трубу.

Я поднял руку, не глядя на солдат, зная, что все взгляды моих офицеров сейчас прикованы к этому простому жесту. В лагере воцарилась напряжённая, звенящая тишина. Даже ветер, казалось, замер в ожидании.

Тысяча моих стрелков, моя гордость, моя личная стальная стая, сработала как единый, безупречно отлаженный механизм. Не было ни суеты, ни лишних движений. Короткая, отточенная команда, и первая шеренга плавно опустилась на одно колено, вторая осталась стоять. Тысяча стволов одновременно вскинулись, поймав в прицелы далёкие, едва различимые цели. И через мгновение долина взорвалась единым, слитным, оглушительным треском.

Я снова припал к окулярам. Картина, которую я увидел, была именно тем, чего я и добивался. Я видел, как один из эльфийских лучников, высунувшись из-за зубца стены, натягивает тетиву своего изогнутого лука. Он был прекрасен в своей смертоносной грации. А в следующую секунду его голова просто исчезла в фонтане из крови и костяных осколков. Тело, дёрнувшись, мешком повалилось вниз, за стену.

Другой, арбалетчик, укрывшийся в удобной нише между камнями в самом проломе, только-только навёл своё оружие на несущихся к нему орков. Он даже не успел нажать на спуск. Пуля ударила его в плечо, раздробив сустав и отбросив назад. Он выронил арбалет и закричал, но его крик тут же утонул в грохоте нового залпа.

— Вторая шеренга, огонь!

Мои «Ястребы» работали как машины. Залп, перезарядка, прицел, залп, пятьдесят шагов и снова два. Чёткий, смертоносный ритм. Вскоре стальной дождь, который они обрушили на пролом и прилегающие стены, перестал быть сплошным. Настал момент, когда шеренга не стреляет в сторону противника, а чётко видит свои цели и методично их уничтожает. С каждым шагом, приближающий стрелков к крепости, выстрелы становились точнее.