Книга Формула огня, страница 18 – Джек из тени, Марк Блейн

Их первая, инстинктивная реакция на обстрел была вполне стандартной для пехотинцев. Они попытались организовать «черепаху», сомкнув ряды и выставив щиты. В любой другой битве это спасло бы им жизнь. Здесь это стало их смертным приговором. Скученная, медленно двигающаяся масса тел, стала идеальной мишенью. Пули, выпущенные из наших винтовок, ломали щиты, затем броню, а затем и тело, стоявшее за ним. Несколько таких «черепах» превратились в братскую могилу на ногах.

Долина превратилась в тир. В адский, кровавый тир, где не было укрытий, не было спасения, не было надежды. Эльфы метались по этому ограниченному пространству, как звери в клетке, и смерть настигала их отовсюду. Они пытались стрелять из своих луков, но их стрелы, даже если и долетали до наших позиций, бессильно отскакивали от каменных брустверов. Они были слишком далеко и слишком высоко.

Я видел, как один из их магов, укрывшись за большим валуном, пытается сотворить какое-то заклинание. Вокруг его рук начали собираться фиолетовые сгустки энергии. Но он не успел, три пули, выпущенные с разных точек, ударили в валун рядом с его головой, высекая сноп искр. Он вжал голову в плечи, но четвёртая пуля нашла его.

— Это не битва… — прошептал за моей спиной генерал Штайнер. Я почти забыл о его существовании. — Это казнь.

Я опустил трубу и посмотрел на него. Его лицо было белым, как мел, а в глазах стоял ужас и… отвращение. Он смотрел на происходящее не как воин на победу, а как цивилизованный человек на кровавую работу скотобойни.

— И в этом заключался весь мой план.

Я снова поднял трубу, бойня продолжалась. Это было методичное, холодное, почти промышленное истребление. Не было ни героизма, ни поединков, ни красивых манёвров. Была только математика, баллистика и скорострельность. И сотни тел, удобряющих каменистую почву этой проклятой долины.

Симфония смерти, дирижёром которой я был, продолжалась. Сухой, непрерывный треск сотен винтовок моих «Ястребов» сливался в один оглушительный грохот, похожий на шум гигантского пожара в сухом лесу. К нему добавлялся свист тысяч стрел, которые лучники герцога, войдя в ритм, посылали в долину одна за другой. И всё это тонуло в грохоте наших мортир, которые, получив новые цели, теперь методично перепахивали задние ряды эльфов, где сбились в кучу их маги.

Я видел, как один из снарядов, удачно попав в группу колдунов, взорвался, превратив их в кровавое месиво из ошмётков плоти и разорванных в клочья чёрных мантий. Их защитные заклинания, рассчитанные на стрелы и мечи, оказались бесполезны против сорока килограммов чугуна, летящих с неба.

Но эльфы не были бы эльфами, если бы просто стояли и умирали. Их маги, оправившись от первого шока, начали огрызаться. В ответ на наши снаряды на склоны, где залегли мои стрелки, посыпались огненные шары, сгустки едкой кислоты и ледяные копья. Воздух наполнился запахом озона и горелой плоти. Один из огненных шаров ударил всего в нескольких метрах от пулемётного гнезда Брунгильды. Взрывной волной гномов отбросило от их адской машины, одного из них ранило осколком скалы в плечо. Пулемёт замолчал.

— Мать их через коромысло! — донёсся до меня даже сквозь грохот боя яростный рёв моей жены-гномки. — Огонь по магам! Подавить тварей!