Книга Воздушная кавалерия. Том 3, страница 97 – Джек из тени

— Ты неисправим, Волчок. Но именно за это я тебя и ценю, за твою прямоту.

Он встал и подошел к камину, оперевшись рукой о стену.

— Я предлагаю тебе не место. Можешь стать моей правой рукой, моим личным исполнителем. Ты будешь подчиняться только мне, и только я буду отдавать тебе приказы. В твоем распоряжении будут неограниченные ресурсы: деньги, люди, информация. Ты получишь такую власть, о которой не могут мечтать даже столичные генералы. Взамен я требую только одного. Абсолютной, безоговорочной, собачьей преданности.

Он повернулся ко мне.

— Ну что, Волчок? Тебя устраивает такая цена за твое место под солнцем?

У меня перехватило дыхание. Это было предложение, от которого невозможно отказаться. Он предлагал мне именно то, за чем я сюда пришел, доступ к самому сердцу его империи. Но я понимал, что, сказав «да», я окончательно шагну за черту, откуда нет возврата.

Я молчал, делая вид, что размышляю. Взвешиваю все «за» и «против». А сам лихорадочно думал. Это ловушка? Или реальное предложение?

— Я согласен, — наконец произнес я. — Но у меня есть одно условие.

Барон удивленно поднял бровь.

— Условие? Ты считаешь себя в том положении, чтобы ставить мне условия?

— Всегда, — я посмотрел ему в глаза. — Я работаю только со своей командой, мои люди идут со мной.

Барон несколько секунд смотрел на меня, а потом снова рассмеялся.

— Верность… Интересное качество для наемника. Хорошо, я согласен, твоя стая останется с тобой. Но с этого момента они, как и ты, принадлежат мне.

Он вернулся к столу.

— И ещё одно — хмыкнув, сказал Барон. Я вопросительно посмотрел на моего нового «хозяина» — Деньги Гольцмана придётся отдать. Разумеется, не всё, ты провёл блестящую операцию, которая обязана быть вознаграждена. И конечно, мы знаем, сколько там было, Волчок…

— Последний счёт со всем содержимым, это твоя премия — ко мне подошёл Константин, протянув лист со счетами бывшего банкира, на обороте были новые реквизиты.

— Мой дорогой хозяин! — у Алисы перехватило дыхание — четверть счетов Гольцмана! Они не знают про их существование, это почти треть всех его чёрных денег! Мы сказочно богаты!

— Главное дожить до того момента, когда я смогу потратить эти деньги — мрачно ответил ей про себя.

Я молча кивнул, складывая лист с данными.

— Итак, раз мы договорились, вот твое первое задание в новом качестве…

* * *

«Первое задание в новом качестве…» Эти слова прозвучали, как щелчок затвора. Партия перешла в эндшпиль, Барон закончил прощупывать меня и перешел к действиям. Сейчас, именно сейчас, он устроит мне последнюю, самую главную проверку. Проверку на лояльность, откуда меня вынесут вперёд ногами, или я стану его верным псом, пока смерть не разлучит нас.

— Слушаю, — сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно. Внешне же был все тем же наглым и циничным Волчком, но внутри все сжалось в ледяной комок.

Барон не спешил, подошел к одной из книжных полок, нажал на неприметный выступ, и часть стеллажа бесшумно отъехала в сторону, открыв за собой стальную, сверкающую холодным блеском, дверь сейфа. Он приложил к панели ладонь, затем поток света прошёлся по его сетчатке. Сейф открылся с тихим шипением.

Из сейфа он достал не деньги и не оружие. Это был плоский кейс из темного, матового композита, без каких-либо опознавательных знаков, который он передал мне в руки.