Книга Воздушная кавалерия. Том 4, страница 41 – Джек из тени

— Замыкание, огонь на подавление! Не дайте им сесть нам на хвост! — кричал, отстреливаясь на ходу.

Мы с Семеном и тремя курсантами остались последними. Перебегали парами или тройками от одного дерева к другому, поливая лес свинцом, сдерживая волну разъяренных тварей, которые неслись за нами. Одна из них прорвалась слишком близко и прыгнула на одного из наших, молодого паренька, который от ужаса застыл на месте. Я не успевал выстрелить. Но Семен, мой верный оруженосец, среагировал быстрее. Он развернулся и, не целясь, всадил в тварь несколько выстрелов упор. Рысь взвыла, ее когти прошлись по бронежилету курсанта, оставив глубокие борозды, но не пробив его. Мой «Щит-С» выдержал, парень, отделавшись синяками и шоком, тут же пришел в себя и быстро понесся к нам.

Мы добежали до ручья и, пройдя по колено в воде несколько метров, заняли оборону на другом берегу. Твари остановились у воды, не решаясь ее пересечь.

— Они боятся воды! — радостно крикнул кто-то.

— Ненадолго, — бросил я. — Они просто перегруппировываются, уверен, тварюшки быстро найдут брод.

Я посмотрел на карту, лесопилка была уже близко. Но между нами и ею был холм, на котором засел вожак.

— Семен, держи здесь оборону, — я хлопнул его по плечу. — У меня есть одно дельце.

— Куда ты⁈ Один⁈

Но я уже не слушал, включив на своей эксклюзивной броне режим маскировки, который размывал мой силуэт, и побежал вдоль ручья, в сторону холма. Это был мой личный бой, если уберу вожака, стая рассыплется. Если нет, мы все здесь поляжем. Пока бежал, а в голове стучала одна мысль: «Выбор между плохим и ужасным». Сегодня я понял, что имела в виду Елена.

* * *

Прорыв к лесопилке стоил нам еще двоих раненых, но мы сделали это. Заскочив за ветхий, полусгнивший забор, тут же заняли оборону в главном здании, старом лесопильном цеху. Дырявые стены, завалы из трухлявых досок и ржавого оборудования, не идеальная крепость, но это было лучше, чем лес.

Пока я в одиночку, как тень, скользил по склону холма к засевшему там вожаку, взвод под командованием лейтенанта отчаянно отбивались. Твари, поняв, что мы уходим, пришли в ярость. Довольно быстро форсировав речушку, снова взяли нас в плотное кольцо, пытаясь прорваться через забор.

Я добрался до вершины холма как раз в тот момент, когда несколько рысей проломили ветхий забор и ворвались на территорию лесопилки. Вожак, огромный, почти черный самец с рваным ухом и горящими глазами, стоял на вершине скального выступа и, запрокинув голову, издавал тот самый координирующий вой. Он был так увлечен командованием, что не заметил меня.

Времени на красивый выстрел не было. Я просто вскинул карабин и разрядил весь магазин в бочину. Тварь дико взвыла, но уже от боли, и рухнула с холма. Вой оборвался, и в тот же миг стая, потеряв своего лидера, дрогнула. Рыси, которые уже почти сошлись в смертельном ближнем бою с моими парнями на территории лесопилки, вдруг остановились, растерянно оглядываясь, а затем, поджав короткие хвосты, бросились наутек, растворяясь в тумане.

Вернулся к своим, когда они уже перевязывали раненых и подсчитывали боеприпасы. На меня смотрели, как на апостола, что спустился с небес. Тридцать человек против целой стаи мутантов. Девять раненых, ни одного убитого, в любой другой ситуации это сочли бы разгромом. Но здесь, в сердце аномалии, это было чудом.