Книга Воздушная кавалерия. Том 4, страница 13 – Джек из тени

Я молча кивнул, простолюдины на галерке смотрели на меня с открытыми ртами, в их глазах зажегся огонек надежды. Аристократы во главе с Голицыным с новой, удвоенной ненавистью. Я не просто унизил гениального генерала. Я вторгся в их святая святых, в право строить и создавать мощь Империи. Я показал, что безродный калека может быть умнее и талантливее их всех вместе взятых. И этого они мне уже никогда не простят.

* * *

Занятия по физической подготовке и фехтованию проходили в огромном, залитом светом гимнастическом зале. Пахло потом, разогретыми мышцами, трещали пылевые клинки. Инструктором у нас был старший урядник Потапов, легенда Академии. Бывший чемпион Имперской лиги по фехтованию, ветеран, прошедший с десяток аномалий. Широченный в плечах, как шкаф, с лицом, изрезанным шрамами, и тихим, спокойным голосом, который внушал больше трепета, чем крик любого генерала. Он не гонял курсантов до седьмого пота, он учил их думать. Для него бой был не соревнованием силы, а шахматной партией, где побеждает тот, кто лучше просчитывает ходы.

Когда пришел мой черед выходить на тренировочный ковер, я намеренно прихрамывал чуть сильнее обычного, опираясь на свою трость. Оставив ее у края ковра, я взял стандартный тренировочный клинок, легкий и тупой. Пылевое лезвие было настроено на минимальную мощность, при касании оно оставляло лишь легкий ожог или отметку на форме.

Моим первым противником, по «случайному» жребию, оказался один из прихвостней Голицына. Тот самый, которого я «уронил» в своей комнате. Он вышел на ковер с хищной ухмылкой, предвкушая месть. В его глазах читалась уверенность, он собирался не просто победить, а унизить меня, измочалить на глазах у всего курса. Паренёк был неплохим фехтовальщиком, из тех, что берут напором и агрессией.

Начался бой, я сразу ушел в глухую оборону. Мои движения были нарочито неуклюжими, я спотыкался, едва успевал парировать его выпады. Со стороны казалось, что я вот-вот упаду, что еще один удар, и я буду повержен. Противник, видя это, распалялся все больше, бросался в яростные атаки, забывая про защиту.

А я не пытался победить, собирал информацию. Анализировал его стиль, стандартную академическую школу фехтования: набор приемов, предсказуемых финтов и ударов. Эффективно против такого же школяра, но абсолютно бесполезно против того, кто дрался по-настоящему, особенно если учитель сидит у тебя в голове, выдавая с пару десятков вариантов наиболее эффективных приёмов. Я уворачивался, отступал, принимал удары на блок в самый последний момент, позволяя ему верить в свое превосходство. Как мог укреплял свой образ калеки-умника, который силен в теории, но абсолютно беспомощен в реальном бою.

Время поединка истекло, на табло горели равные очки, ничья. Мой противник был в ярости, не мог понять, как ему, одному из лучших фехтовальщиков курса, не удалось одолеть какого-то хромоножку. Парень с ненавистью посмотрел на меня, а я лишь тяжело дышал (по крайней мере, делал вид), изображая крайнюю степень усталости.

Этот сценарий повторился еще несколько раз с другими противниками. Против сильных я сводил бой к ничьей, у слабых выигрывал с минимальным перевесом, списывая все на «удачу». Моя репутация не пострадала, но и не улучшилась. Я был все тем же странным, непредсказуемым элементом, которого никто не мог понять.