Книга Воздушная кавалерия. Том 6, страница 99 – Джек из тени

— … ах, Кирилл Андреевич, — начала она вкрадчивым, бархатным голосом, когда в разговоре возникла пауза. — Мой муж вскользь упоминал о ваших увлечениях техникой. Должно быть, это невероятно интересно, создавать эти гигантские воздушные корабли! Я, признаться, в этом совершенно ничего не смыслю. Для меня это просто магия.

— Анализ речевых паттернов и микромимики, — тут же вклинилась в мои мысли Алиса, её чибик-аватарка в профессорской мантии деловито постукивала указкой по воображаемой доске. — Вероятность лжи — 92,7%. Субъект не просто разбирается в теме, а является экспертом высокого уровня. Род Ростовых владеет семнадцатью ключевыми патентами в области систем связи и тридцатью двумя в области радиоэлектронной борьбы на основе Пыли. Ваш ход, дорогой хозяин.

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. РЭБ и связь. Самые закрытые и самые прибыльные сектора военной промышленности после, пожалуй, самих дирижаблей. И эта женщина, которая «ничего не смыслит», является главой одного из самых влиятельных кланов в этой сфере.

— Никакой магии, ваше сиятельство, — ответил, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более беззаботно. — Чистая физика и сопромат. Ну, и немного помощи от Пыли, конечно. Без неё наши гиганты просто рухнули бы под собственным весом.

— Физика… — протянула она, и в её глазах мелькнул хищный блеск. — Вы так просто об этом говорите. А ведь за этим стоят годы труда, гениальные умы… Я слышала, ваш баллистический вычислитель, который вы продемонстрировали флоту, это настоящее чудо инженерной мысли!

Вот оно. Она не просто «слышала». Она знала детали, знала имена. Это был не праздный интерес, натуральная профессиональная разведка, проводимая прямо здесь, в гостиной, за чашкой чая.

— Адмирал Макаров, выдающийся специалист, ему просто немного не повезло, я успел первым подать разработку — ушёл от прямого ответа. — Уверен, его инженеры скоро создадут нечто подобное, а может, и лучшее. Конкуренция — двигатель прогресса.

И в этот момент в разговор вмешался Алексей, до этого молчавший у камина.

— Конкуренция, это прекрасно, барон, — его голос был мягким и приятным, но я слышал в нём стальные нотки. — Но иногда она приводит к… нежелательным последствиям. Промышленный шпионаж, диверсии. Вам, с вашими передовыми разработками, наверняка приходится уделять вопросам безопасности особое внимание.

Я посмотрел на него. Он улыбался, но глаза оставались холодными. Это был уже не просто зондаж, а прямой вопрос с двойным дном. Он утверждал, давая понять, что прекрасно осведомлены о моих проблемах и, возможно, даже знают больше, чем я думаю.

— Безусловно, — кивнул в ответ. — Любое ценное знание нуждается в защите. Как и его носитель.

Мой ответ был таким же многослойным. Я давал им понять, что в курсе игры и готов к ней.

Разговор снова сменил русло, но я уже не мог расслабиться. Я чувствовал себя волком, попавшим в логово других, более старых и, возможно, более хитрых волков. Они не показывали клыков, но я чувствовал их присутствие.

— Хозяин, я тут нарыла кое-что интересное в закрытых архивах, — снова появилась Алиса. Её аватарка теперь была одета в костюм шпиона из старых фильмов, с плащом и шляпой, надвинутой на глаза. — Помнишь, ты удивлялся, почему род Воронцовых такой влиятельный? Так вот, слушай. 1878 год, подавление «Хлебного бунта» в Поволжье. Официальная версия — крестьянские волнения. Неофициальная, восстание Кинетиков, работавших на аграрных предприятиях. Подавлено силами двух гвардейских полков под командованием тогда ещё полковника Александра Воронцова. Потери: свыше трёх тысяч бунтовщиков. Жестокость подавления была такова, что даже в правительстве требовали отдать Воронцова под трибунал. Но его не только оправдали, но и повысили. Император Александр II лично поблагодарил его за «решительность в защите устоев Империи».