Книга Воздушная кавалерия. Том 6, страница 34 – Джек из тени

Я отошел в самый темный угол двора, подальше от чужих глаз. Мне нужно было несколько минут, чтобы прийти в себя и спланировать дальнейшие действия. Я прислонился к холодной стене и закрыл глаза, снова прокручивая в голове события последних часов. Потери слишком большие…

— Алиса?

— Я здесь, хозяин, — ее голос мягко прозвучал в моей голове. — Ты в порядке? Твои показатели…

— Я в порядке, — перебил ее. — Что у нас по противнику?

— Они отошли на ближайшие крытые позиции, ждут, пока кончится шторм.

— Пусть ждут, — усмехнулся в ответ. — Мы тоже не будем сидеть сложа руки.

Начал проверять свое снаряжение. Модифицированный автомат, пистолеты, запасы патронов, гранаты. Потом достал из специального подсумка то, что близко не показывал никому, свой шлем. Это была не стандартная модель «Сокола». Улучшенные сенсоры, способные видеть в многих диапазонах, система активного шумоподавления, тактический процессор, который мог в реальном времени анализировать десятки целей. Я надел шлем, застегнул герметичные зажимы. Мир преобразился, вой ветра стих, сменившись тихим гулом систем, темнота отступила.

— Куда это ты собрался, друг мой разлюбезный? — за моей спиной, как всегда не вовремя, возник Грушин. Он смотрел на меня, на мой странный шлем, и в его глазах читался немой вопрос.

Я медленно повернулся к нему. Мой голос, пропущенный через вокодер шлема, прозвучал незнакомо.

— Схожу на охоту, Семен. — ответил товарищу, передернув затвор своего автомата. — Подстрелю парочку козлов.

Грушин смотрел на меня так, будто я только что на его глазах выдернул чеку из гранаты и проглотил ее. Его лицо, обычно невозмутимое и слегка насмешливое, сейчас было бледным, а в глазах расходился откровенный ужас, смешанный с недоумением.

— Куда⁈ — наконец, выдохнул он, и его голос, сорвавшийся на хриплый шепот, едва пробился сквозь оглушительный вой ветра за стенами форта. — Командир, ты в своем уме⁈ В эту мясорубку⁈ Один⁈

Я молча застегнул последние зажимы на своем шлеме. Визор, вспыхнув на долю секунды, залился потоками данных: давление, температура, концентрация враждебных нанитов, карта местности с последними известными позициями противника. Я повернул голову, и встроенные сенсоры тут же подсветили тепловую сигнатуру Грушина, обведя ее зеленым контуром «свой».

— Именно туда, Семен, и именно один.

— Да это же самоубийство! — он шагнул ко мне, инстинктивно протягивая руку, словно пытаясь удержать. — Они там повсюду! Патрули, их Кинетики! Тебя порвут на куски, не успеешь и двух шагов сделать! Возьми хотя бы мое отделение! Мы прикроем!

Я положил руку ему на плечо.

— Отделение, это цель, Семен, — я посмотрел на него сквозь темный визор, и он невольно отступил на шаг. — Шумная, заметная цель. Десять человек, которых они выследят и окружат за десять минут. Один человек в этом шторме и темноте равно призрак. В одну каску я смогу пройти через охранение японцев. Они даже не поймут, что я там был, пока не начнут спотыкаться о трупы своих товарищей.

Моя логика была безупречной, он это понимал. Но солдатская душа, привыкшая к тому, что в бою нужно держаться вместе, спиной к спине, отказывалась принимать это.

— Но зачем? — Грушин все еще не сдавался. — Мы отбили атаку. У нас есть стены, еда, вода. Мы можем продержаться здесь несколько дней, пока не придет помощь!