Книга Воздушная кавалерия. Том 8, страница 97 – Джек из тени

Волков тяжело вздохнул, уставившись на трех дамочек, каждая из которых самозабвенно изображала невинность.

— Давайте так, — сказал он, отпивая кофе. — Я даю вам спокойно улететь. Без обысков, допросов и прочих неприятных процедур. А вы мне взамен рассказываете одну маленькую сказочку. Из ваших «репортажей».

— Ты же знаешь правила, Волков, — Ингрид сбросила маску доверчивой дурочки. — Мы не болтаем. Никогда, это святое…

— Я могу вас закрыть, — спокойно ответил ей майор. — Прямо сейчас. В обычном «обезьяннике» в подвале этого здания. За хулиганство. На пятнадцать суток. Потом выпишу еще пятнадцать. И так — до полутора лет. Рискнете использовать свой дар, чтобы сбежать — сядете на десять лет в каторжную тюрьму где-нибудь за полярным кругом. Вернетесь оттуда дряхлыми старухами. Как вам такая перспектива?

— Хреновая, — кивнула Ингрид. — Но правила есть правила. Не нам их не нарушать.

— Только если… — с лукавой улыбкой вставила Агнета.

— Если что? — подался вперед Волков, чувствуя, что она ведет какую-то свою игру.

— Только если заказчик сам не разрешит, — закончила Агнета. — А он, представь себе, разрешил. Более того, он оставил для тебя четкие инструкции на этот счет. На твой счет, Волков.

— На мой? — нахмурился майор.

— Да, — кивнула Агнета, наслаждаясь его удивлением. Она достала из своей элегантной сумочки небольшую, плоскую металлическую пластину и положила на стол. — Это тебе, просили передать лично в руки.

Волков изменился в лице. Это была новейшая разработка ИСБ. Ключ-карта со встроенным кристаллом для хранения зашифрованных данных. Доступ к данным мог получить только тот, чей биометрический код был заранее внесен в список получателей. Такие штуки использовали только на самом высшем уровне.

Майор взял пластину. Приложил к ней большой палец. На боковой грани загорелся зеленый огонек. Его код был в списке. Он вставил пластину в свой рабочий коммуникатор. Перед ним вспыхнул виртуальный экран, и по нему, строчка за строчкой, побежали данные. Отчеты, схемы, протоколы допросов тех самых похищенных Кинетиков. И не только этих. Люди Строганова перетряхнули всю столицу, пока сам барон лежал в коме.

Волков медленно поднял глаза. Девушки уже вставали из-за стола.

— Дамы, не смею вас более задерживать, — сказал он, приходя в себя. — Посадка на ваш рейс через двадцать минут. Благодарю за содействие.

— Надеюсь, в следующий раз ты, наконец, разродишься и пригласишь меня на настоящее свидание, — шепнула ему на ухо Ингрид, проходя мимо. — Жизнь коротка, Волков. А наша — тем более.

Она послала ему воздушный поцелуй и присоединилась к хихикающим подругам.

Майор несколько секунд смотрел им вслед, с сожалением думая о том, что она, черт возьми, права. Затем достал свой второй, правительственный коммуникатор.

— Соедините меня с приемной Его Императорского Величества… Мне нужна аудиенция.

Князь Александр Юрьевич Голицын ехал в Зимний дворец в самом приподнятом настроении, какого не испытывал с того самого дня, когда пламя на дуэльном полигоне поглотило его сына и наследника. Сегодняшний вызов на личную, притом внеплановую, аудиенцию к самому Императору казался ему знаком, перстом судьбы, указывающим на то, что справедливость, наконец, восторжествовала. Все его усилия, все его тайные переговоры, все риски, на которые он шел для усиления позиций при дворе, были не напрасны.