Книга Воздушная кавалерия. Том 8, страница 125 – Джек из тени

— Граф Строганов, — произнёс Император, и это обращение, ещё непривычное, прозвучало как подтверждение нового статуса. — Не составите ли мне компанию?

Кирилл поклонился. Император повернулся и неспешно пошёл к боковой двери, скрытой за портьерой. Кирилл последовал за ним, бросив на Елену короткий взгляд.

За портьерой оказался узкий коридор, ведущий в маленький кабинет, обставленный просто — письменный стол, два кресла, камин. Здесь не было слуг, не было адъютантов, не было охраны. Только Император и Строганов. Николай Александрович сел в одно из кресел и жестом указал Кириллу на второе.

— Садитесь, граф. Ноги, полагаю, ещё не вполне ваши?

— Признаюсь, Ваше Императорское Величество, — Кирилл сел, — тот променад у Голицына дорого стоил.

— Представляю, — Император достал из ящика стола портсигар и предложил Кириллу. Тот покачал головой. Николай закурил, затянулся, выпустил дым в сторону. — Кирилл Андреевич, я не буду ходить вокруг да около. Вы человек дела, и я ценю это. Поэтому — прямо.

Он посмотрел на Строганова, и его взгляд стал тяжёлым.

— То, что вы вытащили из того подземного центра, — это приговор. Приговор всей системе, которую мы строили двести лет. Пропавшие без вести, которые не пропали, а были… превращены. В кукол. В марионетки. И эти марионетки сидят не только в Петербурге. ИСБ докладывает, что аналогичные следы обнаружены в Москве, в Киеве, в Варшаве. И, что самое страшное, — в армии, среди офицеров и генералов.

Кирилл молчал, ожидая продолжения.

— Я не могу об этом объявить публично, — продолжил Император. — Паника будет страшнее любого врага. Но я не могу и молчать, потому что молчание — это капитуляция. Поэтому мне нужны люди, которым я могу доверять. Не как оперативнику ИСБ, не как гвардейцу. А как личному, преданному трону человеку, способный делать то, что другой делать не может. А главное эффективно.

Он затушил сигару.

— Цесаревич рекомендовал вас. Волков, скрипя зубами, подтвердил. Я даю вам, граф Строганов, личный императорский мандат. Полная свобода действий в рамках защиты Империи от внутренней угрозы в любой точке мира. Финансирование — из личной казны Императора. Подотчётность — только мне. Никакого надзора со стороны Сената, Министерства внутренних дел или ИСБ. Вы — моя рука. Длинная, невидимая и очень тяжёлая. Вы здравомыслящий человек, и должны понимать, что ваша работа на государство привлекает сейчас и привлечет еще больше внимания чуть позже тех, кто желает развалить Империю. И ваша возможность выйти за рамки там, где другие будут топтаться, даже плюнув на законность, повысит шансы на выживание рода Строгановых в частности и Империи в целом.

Кирилл встал и поклонился.

— Сделаю все возможное и невозможное, Ваше Императорское Величество.

Император протянул руку для пожатия. Мужского, крепкого, между равными. Не между монархом и подданным, а между двумя людьми, которые понимали друг друга.

Когда Кирилл вышел из кабинета и пошёл по коридору обратно к залу, его шаг был твёрже, чем час назад. Левая рука всё ещё болела, но он уже не замечал. В голове выстраивались планы — один за другим, чёткие, как чертежи. Алиса в виде чибика в прозрачном окне Консоли быстро прокручивала новые варианты развития промышленности, заодно просчитывая риски.