Книга Воздушная кавалерия. Том 10, страница 89 – Джек из тени

Даша, молоденькая горничная из восточного крыла, сидела на холодном полу, намертво вцепившись пальцами в край передника. Рядом мелко тряслась кухарка Оксана. Обе девушки находились ближе всего к массивной металлической двери, ведущей в технический коридор.

В какой-то момент тяжелый грохот наверху стих. Но эта пауза не принесла облегчения. Наоборот, она обострила слух до предела.

Даша замерла. Сквозь толстое полотно двери пробился звук. Это не был грохот сапог патруля или лязг оружия. Это был скорее странный шорох. Будто тяжелый мешок с мокрым песком протащили по кафелю и аккуратно опустили у стены. А затем раздался тихий, короткий хрип — так хрипит человек, которому внезапно, на полувдохе, перекрыли дыхание.

Оксана тоже это услышала. Девушки переглянулись, Даша, стараясь даже не дышать, на четвереньках попятилась вглубь помещения, туда, где на перевернутом деревянном ящике сидел Иван Степанович, один старших слуг.

— Иван Степаныч… — одними губами, едва выдавливая из себя звук, прошептала горничная, дергая старика за рукав сюртука. — Там… в коридоре… кто-то есть. И они кого-то задушили. Я точно слышала.

Мужик не стал отмахиваться или списывать все на девичью панику. Опыт прошлых клановых войн научил его верить инстинктам обостренным органам чувств. Он быстро поднялся и бесшумной тенью скользнул к двери.

Полсотни пар глаз уставились на его спину. Иван Степанович приник ухом к двери. Поначалу — ничего, мертвая тишина. Но затем он осторожно, по миллиметру, повернул тяжелую рукоять и приоткрыл створку ровно настолько, чтобы образовалась щель толщиной в палец.

Коридор, освещенный тусклым светом, казался пустым. Однако на грани слуга уловил движение. А затем раздался звук, который мужчина, в молодости служивший в армии, не перепутал бы ни с чем.

Сухой, металлический щелчок механизма. Выстрел, мгновенно поглощенный камерой хорошего, дорогого глушителя. Следом — тихий стук падающего тела.

Иван Степанович медленно прикрыл дверь. Его лоб покрылся холодной испариной. Мозг лихорадочно выстраивал топографию минус первого этажа. Если чужаки идут по этому коридору, минуя склады, значит, их цель находится дальше по сектору. А дальше располагалась лишь резервная генераторная — одна из пяти артерий, питающих внутренние барьеры дворца и системы связи. Если она падет, целое крыло усадьбы ослепнет и останется без барьера.

Мужчина метнулся к стене, где висел аппарат внутренней проводной связи. Его руки тряслись, когда он снимал тяжелую трубку и крутил диск. На той стороне ответили не сразу. В трубке фоном стояла ругань и чьи-то истеричные крики.

— Дежурный слушает! Чего надо⁈ — рявкнул уставший, сорванный голос. Винить капрала в отсутствии манер сейчас не повернулся бы язык ни у кого в здравом уме.

— Это Иван Степанович со складов, — максимально тихо, прикрывая трубку ладонью, забормотал мужчина. — Сектор «С», минус первый. У нас в коридоре чужие. Нашей охраны не видать!

Капрал оказался профессионалом: он не стал орать, что мужик спятил или паникует на пустом месте. Информация была принята со всей серьезностью.

— Понял тебя, папаша. Сидите тихо и не отсвечивайте!

Иван Степанович повесил аппарат на рычаг и на ватных ногах вернулся к двери, вновь приоткрыв спасительную щель. Он махнул рукой остальным, приказывая всем лечь. Люди послушно распластались по бетонному полу, закрывая головы руками. Разговоры стихли окончательно. Слышно было лишь сдавленное, частое дыхание полсотни напуганных до смерти человек.