Онлайн книга «Воздушная кавалерия. Том 10»
|
Она повернулась к наследнику, и в ее миндалевидных глазах мелькнула застарелая горечь: — У нас в Мадриде или Валенсии… случись подобная вендетта между герцогами Медина-Сидония и Альба, погибли бы десятки, если не сотни обычных горожан. Снаряды летели бы по жилым кварталам, наемники грабили бы лавки, а короне и грандам было бы откровенно плевать, пока горит чужое поместье. Здесь же… Я смотрю на внешние камеры полицейских кордонов. Жандармерия выставила броневики ровно по периметру отчуждения. Ваш отец держит аристократию в стальных рукавицах. — Не совсем с тобой согласен, — криво усмехнулся Алексей, барабаня пальцами по подлокотнику. — Лет тридцать назад у нас точно так же могли разнести артиллерией половину Литейной части просто потому, что два князя не поделили поставки руды. Но батюшка быстро объяснил благородным господам разницу между феодальной вольницей и государственной монополией на насилие. Правила простые: объявили кровную месть через Канцелярию — режьте друг друга внутри своих владений хоть до последнего родича. Но если хоть один осколок упадет на мостовую общего пользования, виновные в полном составе отправляется на плаху, а активы уходят в казну. Строганов эти правила знает наизусть. — Думаешь, он доведет дело до конца? — Триана снова бросила взгляд на центральный сектор экрана, где на десантных кораблях десант Аудитора брал штурмом усадьбу Ермолова. — Переломит хребет старым семьям? — Должен, — коротко и жестко ответил Цесаревич. — У него нет выбора. Старики абсолютно недоговороспособны. Даже если Юсупов прямо сейчас запросит пощады, упадет на колени и подпишет любые бумаги о передаче всего и вся, это будет лишь паузой. Через месяц, через полгода они соберут новых наемников, купят яд или подкупят механиков на его верфи. Кирилл это понимает лучше меня. Чтобы выжить и строить свои корабли, ему необходимо стереть обе фамилии в порошок. Физически, финансово и юридически. — Неужели по-другому никак? — тихо спросила инфанта, кутаясь в широкие рукава кимоно. — Это ведь колоссальная потеря для государства. Огромные средства, тысячи подготовленных бойцов, древние роды, чьи предки основывали города… — Цена выживания, — Алексей пожал плечами с тем спокойным цинизмом, который появляется у правителей после первых сотен подписанных смертных приговоров. — Если конечность поражена гангреной, ее не мажут целебной мазью, ее отсекают. Ермолов и Юсупов связались с иностранными агентами и впустили чужаков в столицу. За такое в России сдирают шкуру вместе с титулом. А Строганов просто всех поставит к стенке, можно сказать, определенная форма милосердия… Цесаревич замолчал и перевел взгляд на девушку. В полумраке кабинета ее профиль казался высеченным из слоновой кости. Алексей смотрел долго, внимательно, без привычной придворной маски холодного величия. Открыто, прямо и с той затаенной теплотой, которой он никогда не позволял себе на официальных приемах. Триана почувствовала этот взгляд кожей. Румянец медленно залил ее смуглые щеки, она смутилась, хотя за месяцы, проведенные в Петербурге в качестве почетной гостьи и негласной невесты, должна была привыкнуть к тому, как меняются его глаза, когда они остаются вдвоем. — Не смотри на меня так, — шепотом бросила она, опуская ресницы в чашку. |