Книга Воздушная кавалерия. Том 11, страница 52 – Джек из тени

Кирилл остановился, Мартина и Валерия тоже замерли, с интересом наблюдая за реакцией ребенка. Граф весело подмигнул онемевшему мальцу, слегка наклонил голову и почти фокусническим жестом вскинул правую ладонь.

С кончиков его пальцев сорвалось крошечное, полупрозрачное облачко серебристой Пыли. Оно не рассеялось на ветру, как обычный сор. Серебряное марево мягко, словно пушинка, поплыло к застывшему мальчишке, переливаясь на солнце чистейшим ртутным блеском. Пацан, завороженный этим невероятным, сказочным зрелищем, инстинктивно подставил обе ладошки, сложив их лодочкой.

Серебряная взвесь опустилась еще ниже. Воздух над руками ребенка на долю секунды нагрелся, частицы пришли в согласованное движение, выстраивая в воздухе объемную, светящуюся фразу на испанском:

«No estuvimos aquí».«Нас здесь не было».

Буквы продержались ровно три удара сердца, вспыхнули мягким голубоватым светом и осыпались в ладони пацана, обнажая то, что сформировалось в самом центре плетения.

На детских пальцах осталась лежать тяжелая, ослепительно блестящая золотая монета. Мальчишка судорожно сжал кулачки, прижал золото к груди и с ужасом посмотрел на Кирилла, часто-часто закивав головой так, что грязные вихры заходили ходуном. Он не то что говорить — он дышать забыл, готовый стереть себе память ради такого чуда.

— Buen chico (Хороший мальчик), — тихо произнес Строганов, снова подмигнув пацану.

Граф плавно повернулся к своим спутницам, перехватил трость поудобнее и галантно предложил обе руки:

— Прошу, сеньориты. Кажется, вы упоминали ресторан с отличным мясом? Ведите!

Но виконтессы не двигались. Мартина и Валерия стояли посреди узкого мадридского переулка, словно прибитые к брусчатке стальными гвоздями. Обе девушки не мигая, расширенными зрачками буравили пустую ладонь русского графа, с которой только что беззаботно слетело то самое серебряное облачко.

Они были дочерьми Нового Света. Они выросли в семьях, чьи частные армии вели непрекращающуюся, жестокую войну в джунглях Колумбии и Боливии за каждую унцию сырья. Они с пеленок знали запах крови, впитавшейся в землю вокруг тайных шахт, и цену каждого грамма Пыли.

То, что русский граф только что выбросил на воздух такую Пыль ради минутной забавы и подкупа уличного мальчишки, они уже поняли. Но обе так же хорошо знали другое. На черных рынках Картахены даже за такое количество резали глотки целым отрядам наемников. Это были сотни и тысячи золотых реалов, испарившиеся за три секунды ради красивой светящейся строчки на детских ладонях.

Валерия медленно, почти что с легким механическим скрипом повернула голову к кузине. В ее глазах плескался экономический шок финансиста, увидевшего, как в камин бросают годовой бюджет провинции, чтобы разжечь сырые дрова.

— Марти… — хрипло, едва шевеля одеревеневшими губами, выдавила она. — Скажи мне, что мне это привиделось. Скажи, что это был дешевый артефактный трюк с иллюзией…

Мартина медленно перевела взгляд с перепуганного мальчишки на Кирилла.

— Нет, Вали… — сдавленно ответила Мартина. — Это была настоящая «белая королева». Чистая, как слеза младенца…

Девушки снова посмотрели на Строганова. Тот стоял под лучами мадридского солнца, опираясь на трость, и на его лице цвела самая безмятежная и невинная улыбка в мире.