Книга Воздушная кавалерия. Том 11, страница 42 – Джек из тени

— Надо же, какие лакомые птички залетели на Пласа-Майор без присмотра, — развязно, с характерным кастильским присвистом произнес он, скользнув сальным взглядом по вырезу платья Мартины. — Красавицы, не скучно вам в компании этого бледного северного клерка? У него же на лице написано, что он считает медные гроши перед сном. Бросайте эту кислятину. У нас с парнями машина за углом, столик в «Эль-Ретиро» и отличная программа на весь вечер. Покажем настоящую мадридскую страсть, а?

Двое его дружков за спиной дружно закивали, заложив большие пальцы за наборные ремни.

Кирилл вздохнул, его левая рука, лежавшая на набалдашнике трости, чуть сместилась для более удобного хвата. Консоль в долю секунды выстроила векторы: первому — тростью в коленную чашечку с последующим выходом на горло, второму — удар в печень, третьему…

Однако довести расчет до конца Строганову не дали.

— Альваро! — раздался с мостовой отчаянный крик.

Из-за угла кафешки, едва не вывернув себе ноги на скользких булыжниках, вылетел четвертый офицер. Худощавый, бледный до синевы лейтенант в форме личной гвардии инфанта Фернандо несся так, словно за ним по пятам гналась стая байкальских медведей-мутантов.

Он влетел на террасу, сметая плечом пустое кресло, и за долю секунды оценил диспозицию. Взгляд лейтенанта упал на Кирилла, на тускло блеснувшее серебряное крыло на его лацкане, на трость с волчьей головой и на спокойные глаза Аудитора, которые не сулили ничего хорошего. Лицо испанца приобрело цвет сырой штукатурки.

Не обращая внимания на недоуменные возгласы дружков, лейтенант щелкнул каблуками прямо на деревянном настиле так, что доски жалобно скрипнули, и вытянулся в струнку, выбросив руку к виску в безупречном воинском салюте:

— Прошу прощения за этих непроходимых идиотов, ваше сиятельство! Виноват, недоглядел! Они с караула, мозги на плацу перегрелись!

Троица качков застыла с открытыми ртами. Заводила нахмурился, явно не понимая, перед кем только что вытянулся в струнку личный офицер наследной свиты.

— Диего, ты…

— Заткнись, пока тебе язык под корень не вырвали! — прошипел лейтенант. Гвардеец снова скосил перепуганный взгляд на Строганова: — Мы немедленно покидаем заведение, никоим образом вас больше не побеспокоим! Еще раз просим прощения!

Не дожидаясь ответа, лейтенант сделал шаг вперед, сгреб всю компанию и поволок их в сторону дальнего угла террасы. Оттуда мгновенно донеслись звуки смачных, увесистых затрещин и яростный шепот на испанском:

— … вы хоть понимаете, под кого только что полезли, бараны безмозглые⁈…Еще одно слово — и я сам тебя утоплю в Мансанаресе, чтобы семью не позорить!..

Мартина и Валерия сидели абсолютно неподвижно, не сводя с него глаз. Вся их прежняя вальяжность испарились без следа. Теперь в их взглядах горел острый, профессиональный интерес высшей пробы.

— Надо же, сестрица… — медленно, с отчетливой усмешкой протянула Мартина, облокотившись на спинку стула и скрестив руки на груди. — Наш новый русский друг, скромный инженер-конструктор, оказался не такой уж простой рыбкой. Ваше сиятельство, верно?

Она чуть сощурилась, скользнув взглядом по уличному перекрестку:

— А я-то все сижу и прикидываю: что за пятеро неприметных джентльменов в почти одинаковых серых тройках пасутся по углам улицы последние полчаса? Вроде на полицию не похожи, а по сторонам зыркают так, словно готовы вырезать этот квартал за три секунды.