Книга Магистр после 30, страница 105 – Яр Красногоров

— Вы действительно хотите поделиться со мной знаниями?

— Конечно, — пожав плечами, ответила снежная эльфийка. — Век живи, век учись…

Клифф хмыкнул:

— Дураком помрёшь.

— Что? — Я скосился на него.

Он поёрзал на седле:

— Так мой дед говорил: «Век живи, век учись, дураком помрёшь».

Я поджал губы, размышляя о глубине этой простой фразы.

— Истину говорил твой дед. Преклоняюсь перед его мудростью. — Мой голос стал тихим. — Да будет так: обучите меня, а я обучу вас. Но сперва скажите мне что это значит? — Я жестом начертил в воздухе символ, который увидел на экране, когда сам надел наруч вторженцев: «9».

— Это цифра девять, — с улыбкой ответила Мари.

* * *

Весь следующий день нашего похода я пытался проникнуть в тайные знания, которые вторженцы зовут системой.

Более бредовой магии я никогда не встречал.

Она ломала привычные для меня законы. Теперь мне стало понятно, почему троица так легко делилась со мной знаниями и почему тогда, во дворе моего дома, они без опаски рассказывали о своих возможностях в моём присутствии. Для них знания — это несколько рун на экране наруча, для меня — годы тренировок и практики.

Именно поэтому в нашем мире никто не торопится делиться с тобой знаниями, ибо это сокровище, за которое ты платишь годами жизни, золотом, потом и кровью. А здесь всё приходило без колоссальных усилий.

Однако на меня этот артефакт никак не реагировал. Сколько бы я ни пытался, у меня не получалось открыть древо навыков или изучить какое-нибудь заклинание из библиотеки, которая однозначно содержалась в артефакте. Единственное, что я пока мог делать, — вести записи, как это делала Мари.

Но делать это я мог только на языке вторженцев, что не так уж плохо. Правда, теперь мне предстояло изучить ещё и их язык. Ибо иметь при себе книгу, не таская самой книги, возможно только в том случае, если у мага есть фамильяр. Но подчинять болтливого духа для этой задачи мне не хотелось. Я слишком ценил тишину.

Главный минус, который я обнаружил, заключался в том, что без своего артефакта вторженцы теряли доступ к боевым техникам и магии.

Основной вывод из всего этого я оставил при себе и не поделился им с троицей. Наруч — это внешний исполнитель навыка, который не требует колоссального количества тренировок и понимания сил нашего мира. Эдакий посох или, как сказал бы Вулдим, костыль.

Причём такой костыль, который способен ходить вместо своего владельца.

Выбей его из рук вторженца — и он станет беспомощным, как дитя. Это сильно напомнило мне вторжение во времена молодости моих родителей, когда в мир пришли слизни в чудных доспехах, без которых они не могли дышать нашим воздухом.

Однако по наблюдениям за троицей я помнил и другое: Тани ловко передвигалась в лесных дебрях, прекрасно видела на больших расстояниях и могла совершить точный выстрел без своего артефакта просто потому, что могла. А ещё я вспомнил тот вечер, когда девушки вышли поболтать по душам.

Тогда я вынес им шерстяные пледы, чтобы они не замёрзли. Бытовая мелочь, но укрылась только Тани. Мари этого не сделала. Незначительная деталь, но она говорила мне о многом. Ровно как и то, что ни снежная эльфийка, ни северянин ни разу не укрылись за ночь в открытом поле.

В отличие от меня и Тани, которая жалась ко мне во время сна, им не было холодно.