Книга Магистр после 30, страница 102 – Яр Красногоров

Девчонки синхронно закивали. Видимо, вопрос воина их тоже заинтересовал.

— Ладно. Но если что, в нашем мире этих версий тоже много. Так что расскажу вам ту, за которую в империи не сожгут на костре. Итак, в начале было…

'В начале, в тёмную эпоху, когда мир не видел света, был только Многоликий и Единый — повелитель слова. Пуст был мир Многоликого, и только сны его наполняли пространство. Но сны не имели формы, не имели начала и конца, и никто не мог увидеть их, кроме него самого. Тогда Многоликий решил создать руны, означавшие его сны, ибо суть Многоликого — созидание.

И создал Многоликий руны, способные выдержать его слово. Но некуда было записать их, ибо пустота не способна была удержать постоянство. Разделил тогда Многоликий пустоту, и появилась ткань пространства. И записал он в неё руны своего слова.

Так в пустоте появилась реальность. Но не видно было границы меж ними. И тогда Многоликий создал свет, чтобы отделить одно от другого.

На второй день Многоликий записал второй сон в ткань пространства.

Так в реальности появились силы. И стала колыхаться ткань пространства, изгибаясь и выпрямляясь, сворачиваясь и разворачиваясь. И увидел повелитель слова, что это хорошо.

На третий день записал Многоликий свой сон.

И успокоилась ткань, и появились волнения. Так появились места покоя в движениях силы. И поплыли они по волнующейся ткани реальности. И увидел повелитель слова, что это хорошо.

Четвёртый сон Многоликого был цветущим раем. Записал его повелитель слова, и появилась жизнь в местах покоя. И была она проявлением самого Многоликого. Ибо росла и поглощала саму себя, и происходила из себя, и в себя же возвращалась. И стал прекрасен мир, но не было тех, кто мог бы, кроме него, увидеть плоды трудов его. Одиноким почувствовал себя Многоликий.

Пятый сон Многоликого был беспокойным и крепким. Ибо чуждо было ему быть одному. И прорвались его эмоции в ткань пространства. Столкнулись они с рунами его слова и упали на места покоя. И рад и печален был Многоликий, ибо так же начертать могли они слова его.

Так были вплетены вечные разумные смертные, ибо переменчивы и постоянны чувства Многоликого. И рад и печален был Многоликий.

Долгим был шестой сон Многоликого, ибо эмоции его росли и множились, увядали и угасали. И не было предела этому, ибо они суть проявление его.

Стал тогда записывать свой сон повелитель слова. Но не смог он завершить свой труд, ибо вечные разумные смертные сами начертали слова Многоликого, вплетая руны в ткань пространства.

И увидел Многоликий, что вечным разумным смертным нет покоя, ибо не могут они спать сном божества. И стали они пользоваться словом его и сами захотели стать повелителями слова, ибо созданы из эмоций Многоликого.

И тогда повелитель слова решил навести порядок и стереть шестой сон из ткани бытия.

И тогда же повелитель слова решил оставить всё как есть и не стирать шестой сон.

И оба решения есть воля его.

Снова уснул Многоликий, повелитель слова, дабы выждать, какое из его решений пребудет на ткани бытия, ибо вечные разумные смертные суть проявление Многоликого.

Но труд его пребывал неоконченным. Тогда повелитель слова послал свою эмоцию в ткань бытия. И не дал он ей ни имени, ни чувств, дабы могла она ждать и действовать, наблюдать и созидать, помогать и карать, писать и стирать.