Книга Печать пожирателя 12, страница 61 – Илья Соломенный

Исландия… Ледяной остров, превращённый в ад из радужного камня и лилового тумана.

Император медленно поднялся. Его тень, отброшенная тусклым светом голограмм, легла на карту мира, накрыв собой багровое пятно.

— Значит, у нас есть цель, — произнёс он, и в его тихом голосе зазвучала сталь, — Значит, мы можем не обороняться, а нанести удар? В самое сердце их системы? Апостолов, что вы думаете?

Я не успел ответить — Юсупов резко выдохнул, скрестив руки на груди.

— При всём уважении, Ваше Величество… Это самоубийство! Проникнуть вглубь полностью контролируемой ими территории? К тому же, в Исландии… физические законы уже не те. Данные говорят о гравитационных аномалиях, областях с нулевой магической проводимостью, зонах спонтанной материализации!

— У нас нет иного выбора, Руслан! — отрезал Иловайский, — Мы проигрываем по всем фронтам! А это — реальный шанс! Возможно — единственный! Мы можем вырвать у них инициативу!

— Вы упомянули о своём прогрессе, Апостолов, — тихо сказал Император, — Вы единственный, кто может адекватно оценить ситуацию и наши шансы. Расскажите, что вы об этом думаете?

Я глубоко вдохнул, и принялся обрисовывать им, опуская самые безумные детали и личные кошмары, суть открытий из Ватиканских архивов.

О «Vacuitas Possessio» — не как о поглощении, а как о состоянии, о проводнике. О призраках, как о естественных «узниках» этой Пустоты, и о том, как мне удалось через них нащупать канал.

— Это не магия в привычном смысле, — говорил я, — Это не энергия, которую можно собрать и выстрелить. Это… принцип. Принцип абсолютной изоляции, разрыва связей. Анти-сеть. «Шестёрка» существует за счёт связей, за счёт тотального единства каждого узла в едином разуме. Пустота — это её абсолютная противоположность. Вечная, непроницаемая тюрьма для информации, для сознания, для самой возможности взаимодействия. Но — и это парадоксально — эта же Пустота и связывает всё сущее.

Юсупов хмыкнул:

— Поэтично… Но как это превратить в оружие? В Анадыре ты лишь стёр небольшую группу существ, насколько я понимаю?

— Не такую уж не большую, но да. В Анадыре я выплюнул в реальность микроскопическую, нестабильную частицу этого принципа, — поправил я его, — Это было как швырнуть камень в толпу. Примитивно и неэффективно — но кого-то всё равно задело. Однако, чтобы нанести системный удар, нужен не камень. Нужен… вирус.

— Вирус? — переспросила Лагунина.

— Да, — я посмотрел на голограмму Исландии, которая мерцала над столом. Повинуясь приказу, из абстрактной модели она превратилась в спутниковый снимок, искажённый помехами. Остров напоминал гигантский нарост кристаллов, пронизанных лиловыми жилами, — «Шестёрка» — это информационная структура. Сеть. Что делает классический вирус с сетью? Он находит узел, проникает в него и начинает размножаться, копируя себя, блокируя каналы связи, перегружая систему, пока она не рухнет.

Я подошёл к голограмме, ткнул пальцем в самую яркую, пульсирующую точку в центре исландского кошмара.

— Вот тот самый «узел». Их стратегический процессор. Я согласен — если мы сможем доставить туда не просто взрывчатку или заклятье, которое они, возможно, поглотят или перепишут… а внедрить в его структуру агента, работающего на тех же принципах, что и они сами, но с противоположной целью…