Книга Время, вперед!, страница 97 – Артём Март

Она смотрела на меня. В её глазах стояла пустота.

Я молчал. Думал. В голове складывалась картина. Не полная, но уже что-то. Аркадий Львович. Вильнюс. Письма. Ампулы. Тайник. Шантаж.

Многое в этом было мне знакомо. Почерк «Зеркала» сложно было скрыть от того, кто прекрасно его знал.

Я вспомнил Анатолия. Как он говорил про свою тётку. Про друга по переписке. Про лекарства. Про то, как она извелась.

Схема была похожей. Даже слишком.

Я посмотрел на Нину.

— Ты ведь знаешь Егорову? — спросил я. — Старшую медсестру?

Нина вздрогнула. Будто я ударил её. Она подняла на меня глаза, и в них промелькнуло что-то похожее на страх.

— Да, — ответила она. — Знаю.

Она замолчала. Опустила взгляд. Потом заговорила снова, тихо:

— Она тоже… Она тоже получает письма. От друга по переписке. Я видела, как она прячет конверты. Она не говорит, но я знаю. У неё сын больной. Ей присылают лекарства.

Она замолчала. Подняла на меня глаза.

— Вы… — начала она. Потом осеклась. Сглотнула.

Я ждал.

— Вы работаете под прикрытием? — спросила она. — Да? Вы из разведки?

Я не ответил на этот вопрос. Просто смотрел на неё. Думал.

Она ждала. В её глазах была надежда. Слабая, как огонёк спички на ветру. Я видел, что она хочет услышать что-то. Что-то, что даст ей опору. Что-то, за что можно будет держаться.

— Я хочу тебе помочь, — сказал я.

Она смотрела на меня. Молчала. Слёзы высохли на её щеках, оставив тонкие блестящие дорожки.

— Всё будет хорошо, — проговорил я.

Я видел, что она не верит мне. По крайней мере пока не верит. Но это было неважно. Важно было то, что она заговорила. Что она рассказала. Что теперь у меня было то, что я мог использовать.

Она кивнула. Медленно. Будто через силу.

Я встал со стула. Боль в боку отозвалась короткой вспышкой. Я не подал вида.

— Отдыхай, — сказал я. — Завтра поговорим.

Она не ответила. Просто спрятала от меня глаза так, будто у неё не было сил смотреть на меня.

Я вышел из ординаторской. Дверь закрылась за мной с тихим щелчком.

Коридор встретил меня прохладой и тишиной. Я постоял там немного, прислушиваясь к тишине. Потом пошёл к своей палате.

В этот раз Вера ждала меня в коридоре на первом этаже. За окном светило солнце, но в коридоре было прохладно и влажно — многочисленные растения, стоящие в большом холле и на подоконниках увлажняли воздух.

Когда я пришёл, Вера уже сидела на лавочке у окна. На коленях у неё лежали привычные блокнот, ручка. Она подняла на меня взгляд. Глаза у неё были как обычно холодные. И слишком усталые для её возраста. Я поймал себя на мысли, что почти никогда не видел, что она улыбалась.

— Садитесь, — сказала она.

Я сел рядом. Посмотрел на неё.

Вера откинулась спиной на холодную батарею, чьи трубы пролегали на стене, почти под самым подоконником. Сцепила пальцы на колене закинутой одной на другую ноги. Я заметил, как пальцы её побелели.

— Отчёт, — сказала она одно только слово.

— Я буду говорить только с Савельевым, — ответил я.

Вера медленно приподняла бровь. Потом уставилась на меня и покачала головой.

— А чем вас не устраиваю я?

— Дело не в вас. У меня разговор к товарищу майору.

— Это невозможно, — проговорила она, немного повременив. — Его командировка окончена. Дело передано другому офицеру.

— Тогда я встречусь с этим «другим» офицером.