Книга Осколок "Зеркала", страница 7 – Артём Март

Я про себя отметил характер его ответа. В первую ловушку Хаджи попал очень даже охотно.

Тогда я сделал вид, что задумался, и глянул на почти белое, раскаленное солнцем небо. Потер покрытую нежесткой щетиной щеку.

— Да, возможно, ты прав.

— Карим-Паша не будет рисковать, — покачал головой Хаджи, — если ты говоришь, что он привел всего лишь пятьдесят человек, то это значит, что штурм Дараи-Шифо все равно дастся ему тяжелой ценой. Он это знает, а потому — передача это повод потянуть время и подготовиться, разве ты не понимаешь?

— Понимаю, — все так же задумчиво кивнул я.

Когда мы отошли, Хаджи первым делом спросил о том, что мне сказал пленный. Я рассказал ему о том, сколько сил у Карима-Паши, но информацию о его намерениях решил пока что приберечь в качестве козыря.

Пусть Хаджи и старался держаться как обычно, но я чувствовал, что он чем-то обеспокоен. Даже больше того, он колебался. Колебался так, будто стоял перед выбором, который все еще не сделал до конца.

Тем подозрительней казалась та убежденность, с которой он рассказывал мне о намерении обменять пленных.

— Вот, — Хаджи кивнул. — Одновременно это значит и то, что у нас тоже появится время. Время лучше оборудовать позиции. Углубить окопы. Но знаешь, что самое главное?

— Что?

— У нас появится возможность, — заглянул мне Хаджи в глаза, — привлечь на свою сторону Джаведа. А вместе с ним — и еще десяток человек. Если мы вернем его брата, я смогу убедить Джаведа помочь нам. Мы уравняем силы, Дагдар. Если все получится, у нас будет ненамного меньше людей, чем у Карима-Паши.

Я снова сделал вид, что задумался.

— Или же нас просто убьют там, — снова закинул я удочку. — Обезглавят одним движением.

— Карим-Паша…

— Карим-Паша приведет с собой стольких людей, — качнул я головой, — что будет чувствовать себя в полнейшей безопасности. А скольких возьмем с собой мы? Потащим всех и оставим кишлак без прикрытия?

Теперь задумался уже Хаджи.

— Всех тащить не придется, — решительно ответил Хаджи. — Малого маневренного отряда с винтовками хватит. К тому же у нас есть снайпер. Мы хорошо знаем эти места. Они — нет. Достаточно будет просто дать Кариму-Паше понять, что он под прицелом. Он не решится нападать. И не станет рисковать.

— Или не придет вообще. Пошлет вместо себя шестерку.

— Что? — Хаджи нахмурился.

— Какого-нибудь подручного. Младшего командира, — пожал я плечами.

— Не придет он — не будет и передачи. Таковы условия.

— Условия, — я вздохнул, — которые ты обсуждал не с Пашой и к тому же без меня. Так? Скажи, Хаджи, ты веришь Кариму-Паше? Веришь его словам?

Хаджи поджал губы.

— Ты не хуже меня знаешь, что стоит нам дать слабину в этом бою, и Джавед направит свое оружие против вас. Против шурави. Появился шанс этого избежать. И я считаю, что нам надо рискнуть. Надо им воспользоваться, — он замолчал на мгновение. Вздохнул. — Карим-Паша — полевой командир. Он вынужден заботиться о своих людях, ведь сама его власть стоит на их личной преданности. Если они увидят, что Карим-Паша разбрасывается своими людьми, как стреляными гильзами, за ним никто не пойдет. Он такой же заложник обстоятельств, как и мы.

«Нет, Хаджи, — подумал я в этот момент, — его власть зиждется на американских деньгах, которые ему дает коллега нашего Стоуна. Ни о какой личной преданности здесь речи не идет. Но… Но об этом тебе тоже, пожалуй, сейчас лучше не знать. Раз уж ты решил играть в недосказанности, я присоединюсь к твоей игре».