Книга Позывной: "Дагдар". Часть 2, страница 99 – Артём Март

— Тогда действуем по обстоятельствам, — неопределённо сказал он.

Я смотрел на него ещё несколько секунд.

Майор был спокоен. Слишком спокоен для человека, который только что выбрал путь, неудача на котором может стоить нам всего. Но в этом спокойствии не было слепой уверенности самодура. Скорее упрямство командира, который понимает риск и всё равно берёт его на себя. Потому что нужно принимать хоть какое-то решение.

Признаюсь, я уважал такой подход. Но это не значило, что в данной ситуации считал его правильным. А потому решил, что стоит зайти с другого бока. Попытаться переубедить майора иначе. Вот только для этого нужно было дождаться подходящего момента.

— Ещё вопросы есть? — спросил Веденин.

— Нет, товарищ майор, — покачал я головой. — Вопросов больше не имею.

Теперь мы шли медленнее.

Веденин изменил порядок. Фокса пустил левее, к камням, Мальцева — правее, чуть выше по склону. Громила держался ближе ко мне, хотя приказа такого ему никто не давал. Битый замыкал.

После точки «Б» Горохов сделался тише. Смотрел под ноги, но уже не проваливался в себя. Это было видно даже в темноте. Человек может молчать по-разному. Горохов теперь молчал правильно.

Дорога к кишлаку пошла понизу, через сухое ущелье. Днём там, наверное, было жарко, пыльно и уныло. Ночью место выглядело иначе. Каменные стенки по сторонам поднимались чёрными громадами скал. Лунный свет доставал до дна не везде. Иногда мы входили в тень, и тогда вся группа будто исчезала из этой реальности. Оставались только дыхание, осторожные шаги и редкий хруст камней под подошвами.

Веденин шёл впереди. Иногда останавливался, прислушивался, потом показывал жестом двигаться дальше. Мальцев держался увереннее, но козлил на бойцов теперь пуще прежнего. После решения майора старлей словно снова нашёл под ногами твёрдую землю.

К тому же Мальцев теперь чаще оглядывался на меня. Оглядывался украдкой. Словно проверял, не лезу ли я к Веденину со своим мнением. Не стараюсь ли переубедить майора, пока ещё не поздно.

А я и не пытался переубедить.

Пока что.

Первым новый, странный звук услышал Фокс.

Он замер у низкого камня и поднял руку. Мы все легли почти сразу. Громила бухнулся за валун настолько осторожно, насколько только мог человек его размеров. Правда, выглядело со стороны это предельно неуклюже. Битый опустился на колено и повёл стволом вдоль ущелья. Мальцев припал к камню справа.

Где-то впереди били копыта.

Били ещё далеко. Глухо. Но часто.

Сначала звук показался частью ночи. Горы любят обманывать слух. Камень отдаёт шаги не там, где ступила нога человека. Ветер несёт шорох так, будто кто-то идёт за спиной. Но этот звук копыт быстро креп. Сухой стук по камню, хриплое дыхание животного, звон железа.

Лошадь неслась по дну ущелья.

Веденин поднял кулак. Все замерли окончательно.

Через несколько секунд из-за поворота вылетел тёмный силуэт. Сначала я увидел только голову лошади, вытянутую вперёд, потом грудь, потом чёрного, сжавшегося в какой-то ком всадника. Плащ-палатка хлестала по крупу, сбивалась на одну сторону. Казалось, всадник припал к шее, пытаясь удержаться на скаку. Или укрыться от пуль.

Лошадь шла во весь опор.

Слишком быстро для такого каменистого дна. Слишком слепо.

— Всадник, — прошептал Громила.