Книга Позывной: "Дагдар". Часть 2, страница 101 – Артём Март

Громила выругался матом и отстранился. Но повода не выпустил.

— Укусишь — пристрелю, — зло бросил он.

— Тихо, — зыркнул я на него.

К нам уже подошли остальные. Веденин двигался быстро, но сдержанно. Лицо у него было жёсткое. Мальцев выглядел так, будто с трудом удерживается от того, чтобы высказать мне всё, что он обо мне думает.

— Ты что, не слышал приказа⁈ — спросил он.

— А что? Был приказ открыть огонь? — ответил я.

— Ты вышел из укрытия!

— А нужно было бабахнуть из автомата так, чтобы нас услышали на другом конце ущелья? — хмыкнул я.

Мальцев едва ли не задохнулся от злости.

Веденин поднял руку.

— Отставить, — сказал он. Потом осмотрел лошадь и констатировал: — Всадника нет.

Я молча потянул край плащ-палатки.

Она была привязана к луке седла и к задней вьючной петле. Под ней лежал вещмешок, набитый чем-то тяжёлым, и бурдюк с водой. Всё это закрепили так, чтобы издалека, в темноте казалось: человек просто припал к шее лошади.

Громила присвистнул едва слышно.

— Твою мать…

Фокс присел рядом, подсветил красным лучом. Свет скользнул по мокрой коже седла, по верёвке, по грубой ткани вещмешка.

— Добротно привязано, — сказал он. — Узлы тугие. Да и остроумно.

Битый подошёл ближе. Посмотрел на поклажу, потом туда, откуда примчалась лошадь.

— Её гнали.

Я кивнул.

— Выглядит так, будто кто-то пытался отделаться от погони. Пустить догоняющих по ложному следу.

Теперь это поняли все. Но кто и от кого здесь пытался удрать?

Веденин медленно повернул голову к темноте ущелья. Лицо у майора стало совсем неподвижным.

— По местам, — сказал он тихо.

Но опоздал на один вдох.

Сзади, за поворотом, ударил выстрел. Потом второй. Пуля щёлкнула по камню над нами, и лошадь снова взвилась, рванув повод из рук Громилы.

— Ложись! — рявкнул я.

И ночь сразу развалилась на крик, топот копыт, каменную крошку и короткий злой огонь из темноты.

Первый всадник вылетел из темноты почти следом за выстрелом.

Лошадь неслась, вытянув шею, вся чёрная в лунном свете. Человек в седле стрелял на ходу, вскидывая автомат одной рукой. Пули пошли поверх нас, выбивая искры из камня.

Я рухнул за валун, больно ударившись плечом. Бок вспыхнул так, что на миг перехватило дыхание. Обан поддерживал тело, но за каждое резкое движение требовал плату.

— Слева! — крикнул Фокс.

Он выстрелил первым из нас. Коротко. Всадник дёрнулся в седле, но удержался. Лошадь пронесла его дальше, и тогда Громила дал очередь из своего пулемёта прямо в упор. Человек сполз набок, зацепился ногой за стремя и несколько шагов волочился по камням, пока лошадь, храпя, не скрылась за поворотом.

Следом шли ещё трое.

Они налетели быстро. Видимо, надеялись проскочить через нас, достать того, кого гнали, и уйти вниз по ущелью. Только лошадь с ложным всадником спутала им всю игру. А наше присутствие, кажется, стало для них неожиданностью.

Веденин уже командовал.

— Фокс, левый склон! Мальцев, вправо! Держать проход! Огонь! Не дать им уйти!

Мальцев перекатился к камню и начал бить одиночными. Работал он зло, но грамотно. Вторая лошадь взвилась, захрипела, осела на передние ноги. Всадник успел спрыгнуть, перекатился через плечо и тут же попытался уйти к тени под стенкой ущелья.

Битый снял его.

Я это увидел краем глаза. Горохов стрелял с колена. Спокойно. Даже как-то буднично. Автомат в его руках будто бы почти не дрожал. Человек у стенки сделал ещё шаг, упал, как будто ему выключили электропитание, ткнулся лицом в камни и больше уже не поднялся.