Книга Пепел. Харпер и Нокс, страница 41 – Ребекка Яррос

Дверь открылась, и в комнату вошла Эллиот. Выражение ее лица не предвещало ничего хорошего.

— Кажется, у нас проблема.

В это самое мгновение Джеймс решил оправдать свое прозвище – его вырвало прямо на меня.

— Ну вот и чудесно. А я все думал, когда же начнется, – пробормотал я, похлопывая малыша по спинке.

Похоже, борьба с огнем – милый пустячок по сравнению со всем происходящим.

— Ну, сейчас ты точно попал в переплет, – проговорила бабуля, придвигая ко мне чашку кофе. Я сидел за высокой стойкой в «Сплетнице». Закусочная являлась одной из достопримечательностей нашего города и занимала видное место на центральной улице. Приходили сюда, чтобы поесть, пообщаться с друзьями, узнать сплетни – все, как и любила Грэмс.

Она заправила прядь розовых волос за ухо и поприветствовала вновь прибывшую пару.

— Бедная девочка, – пробормотала бабуля, помахав им рукой. – Думает, что им суждено быть увековеченными на стене. Смотри, сейчас она выберет столик, расположенный вплотную к ней.

И действительно, девушка поступила именно так, как предсказывала моя бабушка.

— Как ты догадалась?

— Они вместе уже около года, и она приводит его сюда не реже раза в неделю… Шиа, за четырнадцатым столиком заканчивается кофе, – подсказала она рядом стоявшей официантке.

Многое изменилось в Легаси за прошедшие годы; больше всего люди. Между тем, стена была на своем месте и с успехом заменяла собой фэйсбук^[12]: на протяжении сорока лет пары вырезали на ее деревянных панелях свои имена, стремясь запечатлеть любовь навеки. Случившийся одиннадцать лет назад пожар сильно повредил стену; но это не помешало бабушке ее восстановить. Хотя выглядела стена немного архаично, я, увидев вырезанные рядышком имена Бэша и Эмерсон, признал, что есть в ней удивительная прелесть. По крайней мере, до тех пор, пока чья-нибудь брошенная жена не ворвется в закусочную с перочинным ножом или, как в случае с Эмити Гандерсон, с мини-горелкой. Грустное завершение когда-то прекрасных отношений…

— Перестань увиливать и ответь на мой вопрос, Нокс, – рассерженно прищурилась Грэмс.

— Какой вопрос?

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я! Что ты намерен делать с детьми? И с Харпер? – Под ее взглядом я снова чувствовал себя малолетним пацаном.

— А что я могу сделать? Мальчики находятся под опекой окружных властей, и не мне за них решать. А что касается Харпер… – Я вздохнул и сделал большой глоток кофе, надеясь, что Грэмс оставит эту тему.

— И ты не станешь за них бороться?

Конечно, бабушка не собиралась отступаться. Она стала восьмым человеком, посвященным в нашу с Харпер тайну, и ей было что сказать по этому поводу.

— Ба, все не так просто, – пробормотал я вслух, а про себя подумал: «С властями я бы мог побороться, но вот с Райкером…» – И мы с тобой оба знаем, что лишь вопрос времени, когда я сделаю что-нибудь такое, после чего Харпер меня возненавидит.

В таких делах я настоящий мастер. Сейчас мы просто оказались в ситуации, когда нужно действовать сообща. Прямо чудо: пять дней назад я пришел домой, где меня ждала «моя семья», и с тех пор мы не перессорились и не убили друг друга. Наверное, потому, что мы оба были слишком измотаны.

Подавшись вперед, Грэмс дала мне шуточную пощечину.

— Приди в себя! Эта девочка глаз с тебя не спускает с восьми лет, и, позволь заметить, Харпер Андерс заслуживает самого пристального внимания с твоей стороны.