Книга Осень в Российской империи, страница 90 – Игорь Евдокимов, Александра Лавалье, Тимур Суворкин, и др.

Благодаря тому что у Натана в Бюро судебно-медицинской экспертизы работала сестра, к нему там относились почти как к родному, так что Смирнов отказался разговаривать на бегу, усадил гостя с чаем в комнате отдыха. Да тот и не возражал — снаружи ветер слегка унялся, зато зарядил противный холодный дождь, и еще неизвестно, что было хуже. Натан за день набегался куда меньше, чем ожидал, но все равно отчаянно хромал от этакой ледяной сырости, с нетерпением ожидая, когда уже наступит нормальная зима: в снег было легче.

— Ну что я могу тебе сказать, Натан Ильич… — задумчиво начал Анатолий. — На обоих трупах следы драки, оба погибли примерно одновременно. С какого начинать?

— С того, которого зарезали, — махнул рукой Титов. — Второго опознали, а с этим все неясно, отпечатков нет в картотеке.

— Да? Ну тогда слушай…

Второму убитому было от тридцати до сорока, и жил он весьма неплохо. Хорошо питался, был физически крепок и здоров, руки тоже чистые, но в мозолях — Смирнов предположил, что связаны они с увлечением парусным спортом, о том же говорил и крепкий загар на некоторых частях тела. Одежда очень высокого качества, но со следами неумелой починки — кажется, удача в последнее время отвернулась от этого человека. Никаких особых примет, внешность самая заурядная: приятное пропорциональное лицо с аккуратными усами, темные волосы, темные глаза.

У него были разбиты лицо и кулаки, несколько гематом нашлось на теле — словом, следы драки наглядно. Орудием убийства послужил тот самый нож, с которым неизвестная барышня бросилась на Натана. Удар единственный, очень сильный, такой, что даже кончик ножа обломился и застрял в кости позвоночника: недавно заточенный, он был сработан из плохой стали и, кажется, для кухонных дел. В карманах добротного пальто, которое, судя по всему, принадлежало ему и нашлось затоптанным в драке, обнаружилась приличная сумма денег — и больше ничего. Дорогой крестик, очень хорошие часы, увы, без гравировки — приметы класса, а не человека. Большинство следов крови в лодке были его, да это и понятно — из распоротого горла ее вылилось предостаточно.

— Негусто, — заметил Натан расстроенно. — Личность с таким не установить.

— Увы. Может быть, коллеги из лаборатории чем-то помогут, только у них работы изрядно, быстро этого не жди. Но все же я не совсем бесполезен! — с иронией добавил он. — По происшествию на яхте есть множество любопытного, да и по второму трупу тоже…

Начал он с того, что выяснилось: кровь на одежде Марьина принадлежала второму убитому, причем, судя по расположению и интенсивности пятен, роковой удар нанес именно он, а никак не сумасшедшая бедняжка, которая, конечно, тоже была измазана в крови и захватала нож, однако пятна там имели совсем другую форму. Умер он и правда от перелома основания черепа.

— И дрались они друг с другом? — растерянно предположил Натан, проводив взглядом Анатолия, который поднялся из-за стола и подошел к стеллажу в углу, где хранились вещественные доказательства, с которыми окончили работу. Надел перчатки.

— Полностью в этом уверенным быть нельзя и исключить участие кого-то третьего — тоже, но — да, похоже, что так. Но самое занятное — вот. — Анатолий аккуратно выставил на стол небольшой изящный ящичек. — Хронометр. А заодно — орудие убийства Марьина.