Книга Эффект Годзиллы, страница 89 – Елена Логунова

— К нам — это в Россию? Тогда из романа Рабле, который повторил эту фразу в «Гаргантюа и Пантагрюэле», — поправила я ее.

«Узнай цитату» — наша с тетей любимая интеллектуальная игра.

— Все верно. — Тетушка посмотрела на меня благосклонно.

Я, в свою очередь, скосила глаза, вновь не успев отследить полет какой-то мысли, испуганно шарахнувшейся в сторону. Не иначе, ее топот отары средневековых овец отогнал.

Ладно, прилетит еще.

— Так вот, насчет Юсефа и Фирузы. — Я вернулась не к фигуральным баранам, а к Ирке в трубке. — Скинь мне номер, с которого она тебе звонила, я сама с ней поговорю.

— Без меня? А вот фигушки! — Подруга опять рассердилась. — Мне не нравится, что вы отодвинули меня в сторону от нашего дела!

— «Наше дело» — так переводится с сицилийского «Коза ностра», каковым выражением обозначается итальянская мафия, — тут же сообщила тетушка.

Разыгралась, однако.

— Мы не мафия, — веско сказала я, слегка подпихнув родную старушку локтем и взглядом указав на водителя. Он уже сидел вполоборота, и ухо его было направлено на нас, как цветок вьюнка — на солнце. — Мы самые что ни на есть добропорядочные граждане, и…

— Когда вы приедете, тогда я и дам вам номер Фирузы, позвоним на него вместе! Я все сказала! — припечатала Ирка и положила трубку.

— А почему, собственно, тебя так интересуют эти люди с красивыми именами героев турецких сериалов? — тихо, чтобы не отвлекать нашим разговором водителя, спросила тетя Ида.

— Только Юсеф, не Фируза, она лишь источник информации. — Я придвинулась и нашептала тетушке на ухо: — Есть подозрение, что Юсеф помогал убийце Сушкина!

— Ах!

Она подпрыгнула сидя, водитель тоже дернулся.

— Потом поговорим, а то еще ДТП спровоцируем. — Я отодвинулась к окошку.

За ним открывался уныло-депрессивный вид старого предпортового района: бесконечные глухие заборы, похожие на давно павшие и разграбленные цитадели здания уже не действующих цехов, кирпичные башни высоких труб…

Я не удержалась от комментария:

— Не самое презентабельное место для офиса выбрал Сушкин.

— Не забывай, его бизнес связан с морем, так что близость к порту — это практично, — заметила тетушка, посмотрела в окошко со своей стороны, там время от времени мелькало зеркало воды, и договорила с ноткой ностальгии: — У нас тут тоже были и конторы, и производства…

Я не стала уточнять, у кого это — «у нас». Знала, что тетя все равно не скажет. Официально подписку о неразглашении государственной тайны с нее уже сняли, но от укоренившейся привычки помалкивать о служебных делах она, наверное, никогда не избавится.

Такси высадило нас в длинном коридоре меж двух глухих стен, отличающихся только цветом. Высокий бетонный забор слева когда-то был покрашен светлой охрой, теперь она местами облупилась, и серо-желтая расцветка стены наводила на мысли о камуфляже для африканского сафари. Забор справа на протяжении примерно десяти метров являл взору старую кирпичную кладку, очищенную и обработанную для сохранения фактуры защитным маслом или лаком. В центре этого облагороженного участка тусло поблескивала дверь «под бронзу». Над ней тянулась надпись, выложенная ребристыми металлическими буквами желтого цвета: «Бизнес-центр „Морской“».

— Вот даже как? — с насмешливым удивлением подняла брови тетушка. — Целый бизнес-центр!