Онлайн книга «Эффект Годзиллы»
|
— Где? Еще один неопределенный жест — волна пошла обратно, дорисовав воображаемую горизонтальную восьмерку — знак бесконечности: — В таких лечебных учреждениях, как наше, в многопрофильных клиниках, да в любой хорошо оснащенной больничке… — То есть злодей имеет отношение к медицине, — сделала вывод я. Лев Моисеевич нахмурился, как будто это ему не понравилось, но не успел вступиться за честь мундира — отвлекся на новое эффектное появление: из внутрибольничного пролива Дарданеллы белым пароходом выплыла Ирка. Она улыбалась, сверкала глазами, приветственно махала рукой — только что не гудела. Дополнительное сходство с шикарным круизным лайнером ей придавал отутюженный белоснежный халат. Надо же! Ирка и в психушке разжилась сувениром на память! Я развернула принесенный с собой плащ, безмолвно предлагая подруге облачиться в него. — Всем добрый день! — радостно провозгласила она, приблизившись, и повернулась ко мне спиной, позволяя надеть на нее прилично-цивильный наряд поверх больнично-сувенирного. Сунула руки в рукава, прижала ладошку к сердцу и слегка поклонилась Громыцкому: — И вновь спасибо вам, профессор! — Пустяки, всегда рад, обращайтесь. — Нет уж, лучше вы к нам, — не удержалась я и незаметно — Ирка меня закрывала — поплевала через левое плечо. — Что ж, нам пора, Левушка, передавай привет Мурочке, еще увидимся, — заторопилась тетушка. Я снова поплевала. Никаких новых встреч с профессором мне не хотелось. Даже на нейтральной территории, тем более в специальных лечебных домах с мягкими стенами. Я обежала Ирку, чтобы помочь ей застегнуть пуговицы на плаще. Поправляя воротник, спросила: — Ну как, ты все вспомнила? Меня, например, узнаёшь? Это был не праздный вопрос. Мы с подругой почти неразлучны так давно и вместе пережили так много, что лишиться памяти об этом — все равно что стать моральным инвалидом. — Конечно, вспомнила, — уверенно кивнула подруга. — Вы — Рита Гольдман, моя соседка по даче в Архипке! У меня вытянулось лицо: — Какая Рита? Какая Архипка?! — Шучу. Вы великая писательница, я видела ваше фото на обложке бестселлера, название только забыла — «Смерть на Ниле», что ли? Или «Убийство в Восточном экспрессе»? — Я вовсе не похожа на Агату Кристи! — возмутилась я. Слаженным дуэтом захихикали профессор Громыцкий и тетя Ида. Я гневно оглянулась на них. — Ирочка снова шутит. — Тетушка успокаивающе похлопала меня по запястью. Заодно мягко побудила оторвать руки от воротника, который я непроизвольно стянула на горле подруги. — Ты никакая не Рита и не Агата. — Лен, ты что? — Ирка притянула меня к себе, потискала. — Как я могла тебя забыть! — Тогда скажи, ты помнишь, что делала в тот день, когда мы виделись в последний раз? — Я выбралась из медвежьих объятий и воззрилась на подругу в ожидании ответа. — А какой это был день? — Она потерла лоб. — А сегодня какой? — Сегодня пятница, а мы с тобой встречались во вторник, — вообще-то в четверг, но этого подруга наверняка не помнила, потому что в тот момент уже была в отключке. — Утром приехали к тете на Петрагу, чтобы перебрать клюкву, припоминаешь? — Я помню тетиного кота с его рыбой! — Ирка просветлела лицом. — Да, мой Воленька незабываем, — заметила польщенная тетушка. — Прошу меня простить, дела, дела, я вынужден откланяться! — попятился от нас профессор. |