Книга Эффект Годзиллы, страница 106 – Елена Логунова

— Включился «тихий мститель» — высокоинтеллектуальный, обидчивый, охваченный чувством несправедливости человек, одержимый идеей сложной символической казни того, кого он считал виновником своих бед. — Я поспешила продолжить, поскольку Вадик уже сидел с открытым ртом, захваченный интересным рассказом. — Максим разобрал фразу Алексея на компоненты и придумал такой план убийства, чтобы Алексей буквально прошел через огонь, воду и медные трубы.

— А дочка Сушкина, значит, была ни при чем?

— Не совсем! — многозначительно молвила Ирка и снова замолчала, предоставляя мне возможность объяснить.

— Дочка Сушкина, сама того не зная, поспособствовала убийце своего отца, когда помогла Городничему с контрактом на поставку компьютерного оборудования для нашего фитнес-клуба. Там этим летом был ремонт, среди прочего кое-какую технику и программное обеспечение обновили.

— Знаю, это же как раз мои орлы выяснили, — кивнул Вадик.

— Дочь Сушкина Татьяна, сама разобиженная на отца, посодействовала его бывшему компаньону в получении этого заказа.

— И в результате он смог в нужный момент стереть записи с камер в бассейне! — опять влезла Ирка.

— Но кое-кто успел унести это видео на флешке. — Я бестрепетно указала на нее надкушенным печеньем. — И Городничему пришлось позаботиться о том, чтобы изъять эти компрометирующие записи. Он никого, кроме Сушкина, не хотел убивать, поэтому воздействовал на Мару, которую принял за Ирку, собственноручно состряпанным средством, вызывающим временную потерю памяти. Она все забыла, следствие не получило улику и пошло своим путем. Убийство Сушкина благополучно повесили на другого преступника, и Городничий мог бы чувствовать себя спокойно, если бы не одно «но».

— Маленькая, но важная деталь! — провозгласила Ирка и снова замолчала.

— Случайность, которую невозможно было предвидеть, — сказала я в ответ на вопросительный взгляд Архипова. — В день взрыва, производя финальный осмотр места действия, Городничий проник в закрытое служебное помещение клуба и потерял там свой ключ-брелок. А услужливый уборщик Юсеф нашел его и вернул владельцу за триста рублей.

— И что? — моргнул Архипов.

— А ты сам подумай, как Юсеф узнал, чей это брелок? Конечно, приложив его к панели на входе в клуб и выяснив в личном кабинете клиента его ФИО и телефон!

— Значит, Юсеф этот мог догадаться, кто организовал взрыв с убийством?!

— Точно! И, думаю, догадался, поэтому поспешил улететь из Питера, как только узнал о взрыве.

— Но потом вернулся, — сообщила Ирка.

— Вернулся, — подтвердила я, — и опять устроился на работу в ту же сеть, только уже в другой клуб — на Парнасе. А Городничий, который тоже прекрасно понял, что уборщик может его уличить, нашел его и там. Тоже, наверное, пошел туда плавать, как и мы.

— И обработал Юсефа из своего баллончика. — Ирка жестами изобразила энергичное действие, больше похожее на использование пожарного огнетушителя. — Бедный, бедный Юсеф!

— Но прежде он из того же баллончика обработал бедную тебя. — Я повернулась к ней. — Потому что вы с Марой прямо-таки мозолили ему глаза, вызывая подозрения!

— Сначала он увидел меня вместе с Ленкой, когда она пришла расспрашивать его о Сушкине, это было в «Косолапой утке», — объяснила Ирка, непонятно чем довольная, Вадику.