Книга Тихий дом в Кедровом тупике, страница 131 – Анна-Лу Уэзерли

Линна ежится и одновременно хихикает, трепеща от предвкушения и уверенности в себе.

Она фантазирует, как ее имя становится известным каждой семье, как Филипп Шофилд^[27] берет у нее интервью, когда раздается звонок в дверь.

— Линна Джордж? – Женщина склоняет голову набок и дружелюбно улыбается.

— Кики Миллер, продюсер, с которым я разговаривала по телефону, да?

— Все верно. Боже, да вы вживую еще идеальнее. – Она оценивающе оглядывает Линну с ног до головы и наблюдает за тем, как ширится улыбка собеседницы, открывая белоснежные зубы. – Серьезно, вы идеально подходите для моего нового шоу.

— Прошу, входите, – говорит Линна, пытаясь сдержать рвущееся наружу ликование. – Я с нетерпением ждала нашей встречи – я так взволнована.

Моника вслед за ней проходит в квартиру и сразу оглядывается по сторонам в поисках камер видеонаблюдения. Камер нет. Удачный день.

— Красивая квартира, – говорит она. – Вы женщина со вкусом. Мне нравится.

— Большое спасибо. Прошу, садитесь. Позвольте мне угостить вас. Что бы вы хотели выпить? Чай, кофе, сок… что-нибудь покрепче? Вина, например?

Моника не колеблется.

— Я бы предпочла водку, если у вас есть.

— Водка! Вот родственная душа! – Линна розовеет от удовольствия.

Все так, как Моника и думала: у Линны роскошная фигура. Да и личико, несомненно, миленькое – Роберт всегда был охоч до таких. Продолжая всматриваться, Моника видит, что в облике Линны уже начинают проступать жесткие линии. Что ж, годы пьянок и торговли своим телом даром не проходят.

— Тоник или апельсиновый сок? Я с вами тоже выпью.

— Сок, пожалуйста. И правда, почему бы вам не выпить? У нас же праздник как-никак.

Линна покидает комнату, чтобы приготовить напитки, и Моника получает возможность проверить, на месте ли бутылка с серной кислотой, которую она по пути сюда купила в хозяйственном. Продавцу за прилавком она сказала, что ей нужна «самая мощная, так как у нее сильный засор». Это не было неправдой, потому что Линна Джордж действительно была последним «засором», который надо был пробить. Ей даже не пришлось принуждать ее выпить вместе с ней, как она предполагала. Чертова алкашка.

— Как только я прочитала вашу историю в местной газете, я тут же решила связаться с вами, – кричит ей Моника из гостиной. – История действительно… берет за душу. – Она делает многозначительную паузу. – Думаю, это важно, что женщина заговорила о домашнем насилии, особенно такая красивая, как вы. Это развеивает миф о том, что насилию подвергаются исключительно бесхарактерные тряпки и страхолюдины.

Линна возвращается со стаканами и протягивает один Монике, которая готова поставить все деньги на то, что там двойная порция.

— Ваше здоровье, – говорит она, чокаясь с Линной.

— И ваше. За приятную встречу и успешную совместную работу в будущем.

Монику тошнит от широченной тупой улыбки Линны. У таких, как она, ненасытное эго. Неудивительно, что она оказалась в кровати Роберта. Даже напрягаться не потребовалось.

— О, да, я тоже пью за это. Я просто ушам своим не поверила, когда вы мне позвонили, – разглагольствует Линна. – Не могу передать, как долго я ждала вот такой возможности. Я так рада, что обратилась в СМИ. Что решилась рассказать правду о моем бывшем.

От слов «мой бывший» Моника скрипит зубами, и ей ничего не остается, как проглотить водку с апельсиновым соком.