Онлайн книга «Шпионские игры»
|
— А приз, товарищ капитан? — спросил кто-то из погранцов. — Вы говорили, будет приз! — Да! А приз какой будет? — На что играем-то? — Народу мотивация нужна! — А приз у нас есть, товарищи! — провозгласил Наливкин и приказал: — Звада, тащи паек! — Паек? — Звада, сидевший у мангала, аж привстал. — Так мы ж его хотели… — Тащи мой паек, сказано тебе! — Есть… Звада умчался на заставу и спустя пять минут прибежал обратно, прихватив с собой какую-то сумку. Он, грустный и почему-то с виноватым лицом, остановился рядом с Наливкиным и нехотя протянул ему сумку. Сумка была старая, кирзовая, образца пятидесятого года. Снабженная кожаными ремнями, она носила на себе выцветший штамп «СА» — «Советская армия». Наливкин продемонстрировал сумку всем окружающим и сказал: — Паек «Командирский», укомплектованный лично мной. Итак. Что тут у нас? Он полез внутрь и гордо, словно кубок, извлек наружу банку тушенки с красной этикеткой. Продекламировал: — Консервы «Говядина тушеная», производства мясокомбината номер один, город Москва. — Видал, че достал? — тихо и очень удивленно проговорил Малюга Матузному. — Тушенка с красной этикеткой… Матузный сглотнул слюну. — Я думал, такой не бывает. Что байки все это. — А я говорил… — ухмыльнулся им Сагдиев. — Говорил, что пробовал. А вы мне не верили. — Далее, — продолжал Наливкин. Капитан «Каскада» передал банку несчастному Зваде, которому, по всей видимости, совсем не хотелось рисковать вожделенной тушенкой и прочими «прелестями солдатской жизни», которые, наверняка, Наливкин припрятал для особого случая. Звада точно не думал, что особый случай станет именно вот таким. — Сгущенка «Молочная». Две штуки, — Наливкин достал две банки сгущенки, связанные проволокой, чтоб не гремели, показал всем присутствующим. — Производства Ростовского молочного завода. На, Звада, держи. Только не урони мне тут. Товарный вид попортишь. Так. Наливкин снова полез в сумку, пошарил там рукой и достал нечто, завернутое в промасленную кальку. Сладко понюхал. — Колбаса «Сервелат». Завод «Микоян», Москва. Одна штука. Сглатывать стал теперь не только Матузный. Солдаты и даже старшина Черепанов — все смотрели на содержимое пайка голодными, а еще удивленными глазами. — Минеральная вода, «Боржоми», — Наливкин продемонстрировал нам полную стеклянную бутылку с полуотклеившейся этикеткой. — Грузинский розлив. У бутылки была ржавая, немного помятая пробка. Кажется, кто-то уже пытался открыть минералку. Но, по всей видимости, был вовремя остановлен бдительным Наливкиным. — Товарищ капитан, — в полнейшем отчаянии заныл Звада. — И ее тоже? — И ее, — зыркнул на него Наливкин и пояснил: — Отложена фельдшером. Говорит, для медицинских целей. Подозреваю — для самолечения. Звада, удерживая все извлеченное Наливкиным добро на руках, горько вздохнул. — Ну ничего, — продолжил капитан «Каскада», — победителю можно. Для него нам, так сказать, ничего не жалко! Давай-ка все это сюда, Звада. Суй обратно в сумку. Вот так. А! Когда все содержимое пайка вернулось в свою кирзовую обитель, Наливкин снова поискал что-то в сумке, вытащил пачку «Беломора» и самодельный ножик из гильзы от патрона КПВТ. — Это на сладкое, — довольно сказал он, показывая всем остатки содержимого. — Так сказать, сувенир на память. Ну и курево. Куда ж без него? А! Еще вот. |