Книга На афганской границе, страница 101 – Артём Март

— Илья ж его щенком взял, — грустно начал Стасик. — Вырастил из него собаку что надо. А как погиб, у Булата словно бы крышу снесло. Шарики за ролики заехали.

— Никого не подпускает к себе, — заговорил я, уставившись себе под ноги. — Огрызается, будто бы все ему теперь враги.

Вдруг Стасик Алейников замер. Обернулся ко мне. В темноте блеснули его удивленные глаза.

— Так и есть, — буркнул он.

«Прям как я первое время, после смерти Сашки» — всплыло вдруг у меня в голове.

— Шефу предлагали Булата списать, — продолжал Стас, — прислали Пальму, эту сучку кусачую. А Шеф пока не хочет, упирается. Думает, что Булата можно еще в строй вернуть. Хотя бы как караульно-сторожевую собаку.

Мы вышли на берег Пянджа. Пошли вдоль высоких скал. Река шумела. Неприятный ветер пронизывал бушлат холодными иголками, колол лицо.

— Ты глянь, — Стас как-то горько хмыкнул, вглядываясь в темноту, — зеленые опять дрыхнут.

— Ваще не хотят служить, — поддакнул Мишка Глушко.

— Че? Давай опять шуганем?

— А давай! Чего мы все о грустном, да грустном? Добавим красок в серые будни пограничной службы!

Наряд остановился, и Стасик задрал ракетницу к небу. Грянул выстрел. Ракета снова устремилась к бугристым тучам. Сделала их, адски-красными. Изгнала темноту вокруг себя. Потом стала опускаться.

На мгновение в красном свете проявился пост афганцев. А через секунду грохнуло. Прогремел взрыв. Огромный столб огня возник там, где мгновение назад стоял пограничный пост зеленых. Вдруг все стало красным-красно. Действительно, как в аду.

Стас аж присел. Все уставились на огонь, словно загипнотизированные, не верящие глазам. Все, кроме меня.

— Там! — Крикнул я, глядя назад по тропе. — К бою!

Свет взрыва подсветил отряд духов, крадущихся за нами по берегу. А потом над нашими головами засвистели пули.

Не успел этот свет рассеяться, превратиться в робкое зарево, как я уже оценил обстановку.

Группа душманов, больше десятка, приближалась. Чуть дальше, где река уходила за перевал, я заметил еще врагов. Духи, скрывшись под скалой, переплыли Пяндж на плотах и теперь затягивали их на берег.

Не теряя времени, я кинулся в укрытие, к ближайшему камню. Остлаьные, быстро очухавшись после подрыва погранпоста зеленых, тоже попрятались кто куда. Стас отправил в душманов несколько одиночных.

— Много их, сук! — Орал Стас, — надо отходить и доложить на Шамабад!

— Головы не поднять! — Крикнул Мишка.

— Гранатами их! Пока замешкаются — отходим! — Заорал я.

Бойцы переглянулись и разом полезли в подсумки. Сначала Стас, а потом и Миха кинули в приближающихся моджахедов по две гранаты.

Спустя несколько секунд раздались звонкие хлопки, краткие вспышки озарили берег.

Еще когда дежурный отправлял нас в наряд, и старшина с усмешкой выдавал нам с Уткиным тяпку с лопатой, я видел, как остальные члены наряда брали с собой по две РГД-5. Гранаты наступательные, радиус разлета осколков невысокий. Да и их количество тоже. В настоящем бою они все равно как светошумовые. Только если прям рядом упадет, тогда будет повеселее.

Но и их хватило, чтобы внести в ряды группы душманов сумятицу. Духи стали кричать, разбегаться, падать за укрытия. Судя по крикам боли, кого-то задело. Может быть, и убило.

— Давай! Пошли! — Закричал я, выскочил из-за укрытия.