Книга Второй шанс для Лекаря. Том 3, страница 82 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— И всё это ради того, чтобы я оступился хотя бы в одном из них, — догадался я.

— Всё верно, — согласился стряпчий.

Он собрал листки, откланялся и ушёл, а я остался сидеть над числами.

Вот меня и взяли в клещи. Не когда-нибудь, а на будущей неделе. Теперь мне предстоит решить два дела разом. И свели их, скажем так, в одну упряжку. А есть ведь ещё и третье. Дело Шамшева, с которым мне тоже предстоит разобраться.

И тут в передней стукнула дверь.

Я решил, что стряпчий воротился за забытым листком, и вышел сам.

Но в передней стоял Андрей. Мой старший брат.

Со снегом на плечах, и по лицу его я понял всё раньше, чем он открыл рот.

— Здравствуй, Михайло, — сказал он спокойно. — Я со службы. Фамилия наша нынче прошла у меня перед глазами дважды за один день. По двум разным делам.

— Андрей… — я решил с ним заговорить.

Но он мне не дал.

— Молчи. — Он не повысил голоса ни на волос. — Я просил тебя о трёх вещах. В истории не попадать. Ни с кем не судиться. Наши имена рядом не ставить. Ты помнишь тот разговор?

— Помню.

— И что же ты сделал? — Он усмехнулся, коротко и криво. — Ты ввязался разом в два дела. В уголовное и в опекунское. За две недели, братец. Иному на такое жизни не хватает.

— Я не мог иначе. Выслушай, — заговорил я. — Ежели я отступлюсь, пропадёт аптекарь, который мне поверил. Пропадёт вдова, которую объявят безумной за чужие деньги. Пропадёт имя, на котором…

— Имя. — Андрей поглядел на меня так, что я осёкся. — Вот и я про имя пришёл поговорить, Михайло. Только про своё.

Он помолчал. Снег таял у него на плечах, и он его не стряхивал.

— Я семь лет его собирал по крупице. И просил тебя об одном. Не трожь. — Он отвернулся к дверям. — Ты не тронул. Ты его сразу в два дела решил занести! Нашу общую фамилию…

— Андрей, ты зря это говоришь, — помотал головой я. — Если бы выслушал…

— Не трудись. — Он взялся за ручку двери и уже оттуда, не оборачиваясь, договорил. — Одно тебе скажу, потому что братом тебе являюсь. Дела твои оба назначены на четверг. На один день, слышишь? Утром одно, пополудни другое. Кто-то очень хочет поглядеть, как ты разорвёшься надвое. А теперь… — Он выдержал паузу. — Прощай, Михайло. Как отсудишься, тогда и поговорим. Ежели будет, о чём говорить. Но, полагаю, говорить нам больше не о чем. Ведь ты меня снова предал.

Дверь затворилась.

Я стоял в передней один и слушал, как скрипят по снегу его шаги. Брат, которого я почти воротил, вычеркнул меня второй раз. Теперь уже не за прошлое. За то, что я сделал сам, своей волей, и сделал бы снова.

Я не допустил ошибки. Отказаться от суда я не мог. Это правильно! Я должен защитить свои права.

Казалось бы, можно было переговорить с братом заранее, попытаться решить вопрос с судами и не доводить до крайней точки, как произошло сейчас. Тогда бы Андрей к этому моменту остыл.

Нет, он был категоричен в своих условиях. И скажи ему раньше, он бы помешал, его должность позволяет. Теперь же, ему остётся только наблюдать, чем всё закончится.

А мне приходится терять брата…

Проклятье! Разве могу я такое допустить?

А кроме того в четверг меня ждали два разбирательства разом. И где-то в этом городе сидел человек, который свёл их в один день и теперь ждал четверга с не меньшим нетерпением, чем я.

Пока Российская Империя ведёт войну, мне приходится воевать по-своему. На медицинском и юридическом фронте.