Книга Молот Тельхинов, страница 55 – Дмитрий Емец

Мировуд выпустил из камня на посохе поисковый луч. Тонкий и беспокойный, луч обшарил скалу и уткнулся в одну точку. Волхв подплыл и стал обрывать в этом месте водоросли. Под ними оказалась кованая решётка, пострадавшая от океанской соли. Решётку защищали полустёршиеся руны, мешающие расплавить её магией или перепилить.

Основы магии гласят, что руны подобны узлам или загадкам. Любую загадку можно разгадать, а узел распутать. Пока волхв соображал, как расплести руны, Герцог обнаружил, что к одному месту решётки, где зазор между прутьями был самым большим, прилипла золотистая чешуйка, будто кто-то тут уже протискивался. Это навело его на ряд мыслей, которыми он не стал ни с кем делиться, а просто подал Кролигу знак, чтобы тот вперёд не совался. Кролиг и так никуда соваться не собирался. Он был из тех военачальников, которые считают, что самая большая трагедия для отряда – это потерять своего полководца.

Расправившись с решёткой, волхв протиснулся в щель. Шар на его посохе разливал голубовато-белый свет. За Мировудом последовал Эдвин Слонёнок. За Эдвином – Тэрбиш, сын Нэргуя, с ножом в зубах. Остальные секайлы по одному протискивались между разогнутыми прутьями. Герцог плыл последним, вслед за Кролигом. Пятно света впереди было уже едва различимо.

Лабиринт оказался проще, чем ожидал Герцог, но и наказывал за ошибки жёстче. Когда один из секайл нырнул в боковой тоннель, там что-то мелькнуло, и секайлу буквально втащило в узкую трещину в скале. Кто сожрал его, выяснять не стали и мстить ему тоже. Эдвин Слонёнок переглянулся с волхвом и показал ему три пальца. Волхв пожал плечами и потрогал пустой мешок, что должно было означать: меньше секайл – больше самоцветов. Как находил дорогу сам Мировуд, долго оставалось для Герцога загадкой, пока он не заметил, как от посоха волхва отрываются разноцветные искры и уносятся по ходам лабиринта.

Внезапно Герцог увидел, что Кролиг бестолково размахивает руками и явно пытается плыть назад. Говорить под водой было невозможно, но по перекошенному лицу Кролига Герцог сообразил, что у того заканчивается воздух. Сам Герцог пока что в воздухе не нуждался – тело древневидлы умело запасать кислород не хуже любой глубоководной рептилии. Герцогу было ясно, что отпускать Кролига в обратное плавание нельзя. Сын никогда больше не поднимется на поверхность. Обвив Кролига левой рукой, превращённой в щупальце, Герцог другой рукой отталкивался от стен тоннеля, стараясь не отстать от волхва. Мировуд был уже далеко впереди и дожидаться никого не собирался – голубоватая искра едва уже мерцала. Кролиг слабо барахтался, потом обмяк и потерял сознание. И не он один. Вскоре Герцог увидел тела ещё двоих секайл, лежащие на камнях. Скорее всего, слюны упыря им досталось меньше, чем прочим. Помогать беднягам Герцог, разумеется, не стал.

Ещё несколько толчков – и он увидел, что белый шар света поднимается наверх и делается ярче. Герцогу почудилось, что он плывёт навстречу зеркалу, которое рябит и отблёскивает. Не пытаясь разгадать загадку, Герцог с силой оттолкнулся и вытянул Кролига на поверхность.

Над ними нависал потолок пещеры. Дальше начинался извилистый и тесный ход. Герцог передал Кролига секайлам, и те за нагрудник вытащили его из воды. Пока Кролиг откашливал воду, Герцог выбрался на камни. Воздух был затхлый, стоячий. Явное подземелье. Значит, ход сюда вёл и с суши.