Книга Последний характерник, страница 30 – Валерий Евтушенко

После начала казацкого восстания Староконстантинов, благодаря своему географическому положению, стал своеобразным пограничным пунктом, вокруг которого в дальнейшем постоянно происходили столкновения польских войск с запорожскими полками Богдана Хмельницкого. Здесь в июне 1648 года сражался с Иеремией Вишневецким народный вождь полковник Максим Кривонос; неподалеку от города на речке Пилявка в сентябре того же года казацкие войска разгромили армию польских региментарей Заславского, Конецпольского и Остророга; сюда сейчас торопился со всеми своими силами Богдан Хмельницкий, получив известия о вторжении польских войск на казацкую территорию и о том, что вышедшие им навстречу полки Донца, Таборенко, Яцкевича и Кривоносенко разбиты превосходящими силами противника.

К этому времени запорожский гетман собрал под свои знамена огромную армию, численность которой вряд ли знал и сам. Со всех концов обширного края к его западным границам стали стягиваться казацкие полки и все те, кто хотел вступить в ряды казаков. К Чигирину с левого берега Днепра подтягивались полки Матвея Гладкого, Мартына Небабы, Мартына Пушкаря, Антона Гаркуши. Прибыли в гетманскую ставку со своими реестровиками Филон Дженджелей и Михаил Кречовский. На марше после выступления из Чигирина к Войску должны были присоединиться Богун, Морозенко, Хмелецкий, Байбуза, Нечай и другие полковники.

В начале мая 1649 года, когда трава пышным ковром укрыла землю и дороги стали более или менее проходимыми, огромная армия восставшего народа выступила в поход. На многие мили растянулось казацкое войско. Далеко впереди и по сторонам его виднелись конные разъезды, внимательно озирающие местность вокруг, хотя тут, в самом центре казацкого края, опасаться внезапного нападения оснований не было. Войско двигалось не торопясь, несколькими колоннами с разных операционных направлений. Сам Хмельницкий спешить не видел особого смысла, ожидая прибытия крымского хана, еще только подходившего с юга по Черному Шляху. Ислам — Гирей вел с собой опытных в военном ремесле крымских горцев, буджацких татар, черкесов с обритыми наголо головами. С далеких заволжских степей прибыли в Крым даже ногайцы Никто из волонтеров не требовал платы, они рассчитывали поживиться за счет поляков. Хан обещал привести с собой восьмидесятитысячную орду, но и без татар, сил у Хмельницкого было достаточно. Его армия росла не по дням, а по часам, и уже при выходе из Чигирина она превышала 120 тысяч человек. В его распоряжении были полки славной запорожской пехоты, не раз доказавшей свою стойкость и мужество в боях. Вместе с реестровыми казаками они составляли костяк всего войска. Больше половины всей армии составляла конница — лошадей у казаков теперь было в избытке. Обоз растянулся больше, чем на десяток миль. Упрямые быки и круторогие волы неторопливо тащили высокие, сбитые из толстых широких досок, возы с запасами пороха, фуража и провианта. На возах же перевозили и фальконеты. Кулеврины на колесах двигалась на конной тяге своим ходом. Гетман объезжал казацкие полки, вглядываясь в мужественные, загорелые лица своих воинов.

— Никогда прежде не выставляла Запорожская Сечь такого воинства, — с гордостью думал он. — Этим воинам не страшны ляхи. Они их уже били и еще не раз побьют.