Книга На чужой земле, страница 42 – Тимофей Иванов

Ну да боги с ними, со странными совпадениями, вернёмся к наглому, но несообразительному парню, который потерял от удивления голову. Причём связка-то мной была использована одна из базовых для обеерукого боя, просто хорошо заученная, но если покойный Гарди и мог чего-то мне противопоставить в равном бою, то просто не успел. Застывать в изумлении и пучить глаза — непозволительная роскошь в ситуации, когда тебя убивают. А я после «неспортивного» удара магией твёрдо решил наглухо валить оппонента, пока он ещё чего-нибудь не выкинул. Жить-то хотелось. Зато понятно, почему этот жмурик озвучил, что используем то, что есть при себе… Впрочем задним умом все крепки, пока молния не долбанула, я даже не сообразил, что это вообще не просто зачарованное оружие, а серьёзный магический артефакт, способный на дистанционные атаки. Эх, не везёт мне с рыжими, что и говорить, вечно с ними какие-то неприятности рука об руку ходят.

Потом набежала стража и начался натуральный пожар в борделе во время наводнения. Девка, которая своим поведением сначала явно провоцировала засранца на действия, а потом с предвкушением ждала, с позволения сказать, боя насмерть, голосила как оглашенная. Только всё не могла определиться, это я убийца или она ни в чём не виновата и вообще не хотела. Хускарл покойного задвигал, что я спровоцировал схватку, оскорбив сына его ярла. Но к счастью продавец доспехов, который по всем признакам был знаком с дружинниками, стоял на моей стороне, говоря правду. И что рыжий сам конфликт спровоцировал, и что на неприкрытые оскорбления первый перешёл, и что отказался от поединка в круге ярла по всем правилам, угрожая заодно и самому броннику. Не нужно кстати быть семи пядей во лбу, чтоб понимать, что за фокусы с таким мечом перед сторонними зрителями ничего кроме осуждения не удалось бы получить.

Однако знакомство представителей власти со свидетелем, что на моей стороне, это дело десятое. Законы конунга были довольно однозначны и не поощряли схватки вне круга, что находится под присмотром жрецов и уважаемых ветеранов, играющих роль судей. Иное считалось убийством. Но если бы ярлёныш меня грохнул, то ему бы вероятно просто пришлось заплатить виру моим родичам, пусть и довольно крупную. Только вот я грохнул ярлёныша и что теперь будет хрен его знает. Сие растение вообще всё знает, да я не друид, слышать его не могу. А жаль, если выживу, надо восполнить досадный пробел в образовании.

Возвращаясь к серьёзным темам, формально мы с покойником конечно оба равные в правах тингманы и свободные люди, но как известно хоть все животные равны, однако некоторые ровнее. Жаль я не знал в каких отношениях сейчас Касатки с нашей центральной властью и не знаком ли один конкретный ярл с нынешним Великим Конунгом. Если они друзья не разлей вода, что по молодости спина к спине в бою рубились и из одного котелка в походах жрали, то мне кабзда, казнят и хорошо если быстро. А вот если оные «морские млекопитающие» с дальних островов опять играют во фронду, как они любят, то всё по идее должно закончится хорошо или хотя бы терпимо. Могут даже просто отпустить, словесно попеняв, что мне мол надо было таки довести обидчика до круга в замке и убивать его там, а я в силу своей провинциальности поступил аки бескультурное быдло и загадил кровью замечательный переулок. А-та-та, не делай так больше, плохой полуэльф, поступай как все нормальные люди. Однако информации у меня не было, так что я просто закинул руки за спину и предпочёл попытаться покемарить до утра. От меня уже всё равно ничего не зависело, а помирать невыспавшимся второй раз подряд я не согласен.