Книга Клон. Запоздавшее счастье, страница 3 – Габриэлла Лопез

Лукас, Жади и Кадижа начали понемногу осваиваться в Рио. Все в этой новой жизни было непросто.

«В который раз я начинаю все заново! — одновременно печально, радостно и тревожно думала

Жади, потихоньку осматриваясь в доме Феррасов. — В который раз... Неужели теперь мне повезет? Неужели и правда мы с Лукасом будем счастливы? Странно, но я в это сейчас почти не верю... А раньше верила и ждала счастливых перемен. Но то было раньше... Я тогда была молодая и глупая. И очень самонадеянная. Никого не слушала, кроме себя. А сейчас?..»

Она взглянула на себя в зеркало и невесело усмехнулась.

На нее из матово-чистой зеркальной глубины смотрела еще довольно красивая, но уже далеко не юная женщина. Сколько ошибок она наделала, эта женщина в зеркале! Сколько опрометчивых шагов... Не слушалась дядю Али и Зорайде, а ведь они желали ей только добра. Но все-таки у нее есть дочь. И любимый человек... Будут ли они, наконец, счастливы?

Жади нервно стиснула руки и горделиво откинула волосы со лба. Будут! Обязательно будут! Иначе для чего она живет на свете, эта уже немолодая, но пока еще красивая женщина?

В доме Феррасов все его обитатели встретили приехавших очень по-разному Леонидас — настороженно и холодно, Иветти — приветливо и радостно, Далва — своим обычным ворчанием и излюбленной фразочкой: «Эт-та женщина... опять она... и теперь она будет жить у нас в доме...»

Даже легкомысленная и вполне довольная жизнью Кадижа, и та примолкла.

Лукас постарался приободрить мать и дочь.

— Ничего, все образуется, — оптимистично пообещал он. — Дайте только время... Оно всегда делает свое доброе дело и поможет нам обязательно. Потерпите немного.

Мел и Педриньу жили отдельно, но довольно часто заезжали к Феррасам. Мел никогда не забывала навещать родной дом, хотя делала это скорее автоматически, по инерции, в силу привычки. Она держалась с Жади всегда ровно и доброжелательно, но Жади чувствовала, что за внешней мягкостью и дружелюбием прячется совсем иное — настойчивое желание разобраться в характере мачехи, понять ее, разгадать ее суть и тогда уже решать, станет ли Мел подругой новой жены отца или окажется ее противницей во всем, настоящим врагом.

Через несколько дней после их приезда неожиданно позвонил Саид.

По лицу Лукаса, говорившего с Саидом, Жади сразу догадалась, что случилось нечто из ряда вон выходящее.

— Что? — шепотом спросила она Лукаса.

Он махнул рукой: мол, закончу разговор, тогда все объясню.

Наконец он медленно, как-то вяло, заторможенно положил трубку и опустил глаза.

— Что? — тревожно повторила Жади. — Что случилось? Пожалуйста, не молчи. Мне страшно.

Она уже не сомневалась в том, что случилась новая беда.

— Бросили... — отрешенно отозвался Лукас.

— Кто? Кого? — недоумевала, пока ничего не понимая, перепуганная Жади.

— Рания уехала с любовником. Бросила дом, — объяснил, в конце концов, Лукас. — Поставила все точки над «i»... Давно пора. Только очень жалко Саида...

Он произнес это и тотчас с опаской покосился на жену. Как она воспримет эту его жалость? Наверное, говорить о сожалении не стоило. Но Лукас в последнее время, как ни странно, действительно по-своему привязался к Саиду, всегда немногословному и мрачноватому, сдержанному и загадочному. Лукас понял его, немного разобрался в этой сложной, глубокой, истерзанной противоречиями и догматами душе, а, постигнув ее, стал относиться к своему бывшему вечному сопернику иначе. Но надо ли знать об этом Жади?