Книга Под прицелом. Личное дело генерала Ханина, страница 20 – Виктория Волкова

Глава 11.

Глава 11.

— К нам из главка приходит проверка на следующей неделе. Пока не закончится, меня никто не отпустит, – сглатывая слезы, достаю из комода чистый халат.

Стараюсь говорить спокойно, но кто бы знал, как же я рада этой проверке.

— На сколько это, незаменимая ты моя? – натягивает боксеры Николай. Крутится перед зеркалом. Сжимает руку, напрягая бицепс. Выставляет вперед ногу, будто Щварц на подиуме. Любуется собой, а сам следит за мной, как кот за мышью.

— Месяца на три. Но в любом случае до полугода. По регламенту, - докладываю, а у самой поджилки трясутся от страха.

А ну как сейчас муж придумает очередную схему. Купит мне больничный, или просто-напросто запретит ходить на работу, наплевав на трудовую книжку. С него станется.

И будет очередной скандал.

Но я не хочу уйти из Архива, хлопнув дверью. Не могу подвести девчонок и руководство. Я же с ними десять лет проработала!

— Ну, хорошо. Главное, процесс пошел. Может, оно и к лучшему, – рассуждает Николай, надевая белоснежную рубашку. – Плохо манжет проглажен, Злата, - кивает мне на чуть заметную складочку.

Блин! Я же все воскресенье потратила на его сорочки. Любит мой муж ходить на работу в идеальных кипенно белых. Вот и приходится стирать, чуть крахмалить и гладить. Полдня на это уходит. Муж потом принимает работу. Если что-то не нравится, заставляет переделывать.

«Все должно быть идеально, Злата. И ты тоже»,

— любит он повторять.

Но я к сожалению не соответствую.

— Если в ближайшее время успеем заделать еще одного спиногрыза, то пойдешь сначала в декрет, а потом уволишься. Нам лишнее бабло не помешает… - рассуждает муж, рассматривая с обеих сторон брюки. – Ну что за фигня, Злата? Они же мятые! – роняет раздраженно.

Говорить о том, что он их сам плохо повесил на вешалку нельзя. Еще и по щекам получу.

— Поставь доску, я поглажу, - замечаю примирительно.

Кошусь на часы. Времени в обрез. А между ног ноет противно.

— Я сам, - срывается Николай. – А то сейчас спалишь все к чертям!

— Послушай… Перестань так обращаться со мной, - набираюсь смелости.

Или опять нарываюсь. С мужем так нельзя. Любое противоречие тут же перерастает в скандал. А за воплями как всегда следуют побои. Точные, болючие. Исподтишка.

— А как надо, Злата? – срывается на крик Червонцев. – Ничего доверить нельзя. Ни о чем попросить. Просто бесполезная фигня. Только трахать можно, - цедит он, выдыхая. – Ну что ты тут застыла? – рявкает сварливо. – Опять опоздаешь, идиотка!

Сбегаю в ванную. Включив воду, опускаюсь вдоль стены на пол. Реву белугой. Нужно развестись. Так жить нельзя. Но мне некуда идти. Не к кому обратиться за помощью.

А потом, я прекрасно знаю Николая. Он меня уничтожит, стоит только заикнуться о разводе. Я уже хотела уйти от него. Пять лет назад. Но муж пригрозил и я осталась… Просто другого выхода не было.

— Ты там уснула, Златочка? – слышится из-за двери ласковый голос мужа. – Надо чая попить и ехать на работу, – причитает он. – Без тебя в Архиве пыль на бумажки не осядет, - хихикает гадко.

— Да, я сейчас! – откликаюсь, не задумываясь.

Вернувшись в спальню, надеваю простое хлопковое белье. Николай не любит, когда я ношу кружевные комплекты.

Да их и нет у меня. Когда-то покупала, но муж их все выкинул.

Достаю из шкафа синий брючный костюм и шифоновую блузку.