Книга Двойной капкан, страница 75 – Villa Orient

— Нам ведь сказали…

— Я знаю. И для всех я тогда умер.

— Ты давно приехал?

— Пять дней назад и сразу попросил Абельмана привезти тебе документы на квартиру. Я не хотел тебя пугать на улице. Думал, ты придёшь туда. Но ты же не пришла, поэтому я сам за тобой приехал. Ты сейчас как будто привидение увидела.

— Так это всё-таки твоя квартира?

— Нет, это только твоя квартира, не зависимо от того, примешь ты меня или нет. Хочешь на неё посмотреть?

Я не знаю правильного ответа на этот вопрос, но я хочу быть рядом с Тахиром, поэтому готова ехать куда угодно. Он сажает меня в машину, и я щипаю себя за руку, чтобы удостовериться, что это не сон. Тахир садится на водительское сидение и трогается с места. Я боюсь начинать разговор в дороге, потому что он будет слишком сложным. Мы едем молча, и я неотрывно смотрю на его профиль. Он чувствует мой взгляд, но не отрывается от дороги и просто накрывает мою руку своей.

— Знаешь, Вика, я всё время думаю, что остановись я на этой машине перед твоим институтом год назад, то ты не села бы ко мне. Я прав?

— Наверное, да.

— Но теперь это не важно, потому что ты всё равно оказалась в моей машине.

Мы всегда оказываемся там, где должны быть.

Мы приехали по нужному адресу. Дом в тихом дворе. Летом тут, наверное, зелено, но сейчас ранней зимой лишь голые чёрные деревья заполняют пустоту. День выдался ясный. Воздух как будто кристальный и совершенно прозрачный. Небо розовое от заката с лёгкими белыми облаками. Дом окружён кованым забором с калиткой. Тахир открывает калитку и пропускает меня во двор, а потом в подъезд. Я уже предварительно прочитала, что дом построен по индивидуальному проекту для сотрудников МИД. И теперь воочию убеждаюсь, что над архитектурой поработали, превращая утилитарное искусство городских многоквартирных домов в индивидуальное строение для людей. Дом украшен арками, эркерами и неброской лепниной.

Внизу есть консьерж, который узнаёт и приветствует Тахира. Если я всё ещё сомневаюсь, что это галлюцинация, то теперь она коллективная. Мы поднимаемся на лифте на пятый этаж, немного постояв у входной двери. Ключи подходят к замкам, и Тахир опять пропускает меня вперёд.

Я шагнула внутрь, оказавшись в просторном коридоре, освещённом вечерним светом из комнаты. Квартира, кажется, была обставлена, но не полностью. Вряд ли здесь кто-то постоянно жил. Я прошла дальше, заглянув на кухню. У меня странное ощущение, как будто я снова в зазеркалье, и со мной происходят события, которых не может быть. Я поворачиваюсь к Тахиру со словами:

— Почему же ты не сообщил раньше

— Ты так быстро уехала. Я подумал, ты больше ничего не хочешь обо мне знать. Я очнулся на третьи сутки и первым делом спросил о тебе. Гас сказал, что ты уже улетела.

Я покачала головой.

— Нет, наоборот, я уехала, потому что там всё о тебе напоминает, потому что мне нужно было самой всё пережить. Но я больше не могу оставаться без тебя, не хочу.

— Вика, я ошибался. Я часто ошибаюсь.

— Хорошо, что ты это понимаешь, — я даже нахожу в себе силы, чтобы улыбнуться.

— Вика, я знаю, какую боль ты испытала. Я никогда не смогу себя за это оправдать. Я только могу попросить у тебя прощения за всё. За то, что не верил тебе в самом начале, сомневался в твоей честности. За грубость, что так бездумно забрал твою жизнь и девственность. За то, что подставил тебя, почти собственноручно отдал Лике. И даже не успел тебя спасти первым.