Книга Двойной капкан, страница 72 – Villa Orient

Я со слезами на глазах садилась в самолёт, зная, какую боль причиняю родителям своим скорым отъездом. Но так будет лучше. Они не должны видеть, как плохо мне будет. Этот период я должна пережить одна.

Я встретила свою любовь, своего мужчину, мимо которого прошла бы, если бы не обстоятельства. Счастье было недолгим, но оно было. Я вряд ли смогу решиться на другие отношения. Я надеюсь, что со временем жизнь расставит всё по своим местам. Я ничего не забуду, но со временем буду вспоминать только хорошее.

Я вернулась в Москву и прервала отпуск, вышла на работу, погрузившись в неё с головой. Люди уходят друг от друга, пытаясь стереть отношения, но ведь они оба живы и в любой момент снова могут попробовать быть вместе. Они могут, но не хотят. Но как перестать думать о любимом мужчине, которого больше нет?

Мы провели вместе меньше недели, но моя жизнь без него перестала иметь смысл. Периодически я зависала, меланхолично глядя на жизненные обстоятельства, которые теперь казались мелочами бытия. Люди, побывавшие на краю жизни, видевшие смерть, ценят жизнь по-другому.

Я помню его глубокий пронзительный взгляд, в котором были такие настоящие чувства. Он вообще был настоящим, он не играл. Он мог позволить себе быть жестоким, мог быть заботливым, мог ненавидеть, мог любить. Я помню его тёплые, сильные и нежные руки. Он поддерживал меня, заботился обо мне, защищал и спасал меня. Мы любим людей и за меньшее.

Я чётко понимала, что он больше не придёт. Короткие воспоминания о нашей близости, вызывали эмоциональную привязанность, даже зависимость из-за незавершённости отношений. Но, может быть, мы бы их сами никогда и не закончили. У нас был шанс разойтись, даже несколько шансов, но мы до последнего держались друг за друга.

Я винила себя в том, что он пришёл за мной. Если бы не стал меня спасать, то был бы жив. Мне сейчас было бы больно от того, что он бросил меня, но он был бы жив. А я смогла бы его ненавидеть. Но он был мёртв, а я его любила. И потому винила себя.

Как избавиться от мыслей о мужчине, с которым у нас не было ничего материального, когда все воспоминания лишь чувства и эмоции? Я не могу выбросить его подарки, порвать наши фотографии, удалить его из друзей в социальных сетях и всю переписку с ним, сдать в ломбард все подаренные им драгоценности. У меня ничего этого нет. Зато есть балласт эмоциональной привязанности, который не пускает в новую жизнь, не допускает новых знакомств и возможностей.

Прошло уже два месяца, но легче не становилось. Лето стремительно заканчивалось, и я боялась, что осенью мне станет ещё хуже. Сегодня утром я вдруг явственно поняла, что со мной что-то не так. Мне нужна медицинская помощь. Сначала психотерапевт, а потом, может быть, и другие врачи.

Перед сменой в больнице я зашла в лабораторию.

— Галя, можешь взять у меня анализы на гормоны по списку и ХГЧ?

— А ты не хочешь сначала банальный тест сделать?

— Нет, он может быть ложным, если у меня гормональный сбой.

— Ну садись, работай кулачком.

— Спасибо, Галя.

Как я и думала, гормоны были в норме для моего состояния. Положительный ХГЧ. Вот, что никогда не даст мне забыть Тахира — его частичка, наш ребёнок. И теперь, зная причину, я не хотела больше забывать. У меня есть заместительная терапия, я заменю мысли о потере любимого человека заботой о будущей жизни.