Книга Обнаженные инстинкты. Месть Зверя, страница 24 – Виктория Миллс

Я нервно повела плечами.

— Ты это сделал, чтобы занять его место и приблизиться ко мне.

— И это тоже.

Я смотрела в самодовольное лицо Ника и видела в нем холодную ненависть, расчетливость и злость. От вчерашней страсти в его глазах не осталось и следа.

— Ты поторопился.

— Неужели? – он наигранно поднял бровь, а затем уселся в кресло, на котором не так давно сидел Блэйк.

Боже.

— Колин должен был стереть запись с камеры... – дыхание учащалось все сильнее, пульс отбивал барабанную дробь в ушах.

— Думаешь, я это не предусмотрел?

— Ты... – прошептала на выдохе и, качнувшись, схватилась за край подоконника.

— Я отключил их, – хмуро ответил он, подозрительно вглядываясь в мое лицо. Его ноздри опасно расширились, на шее проступила вена.

Он учуял. Черт.

— Ты вся горишь.

— Заболела.

— Ложь, – прорычал он, медленно поднимаясь с кресла. – У тебя течка.

Конечно он все понял, как и любой другой волк, оказавшийся рядом с волчицей в это время.

— Уходи, – велела я, и в его глазах на долю секунды промелькнуло... сожаление?

Нет, показалось.

Я впилась ногтями в свои ладони, и тонкий слегка уловимый запах крови отрезвил сознание.

— Уходи немедленно.

Его присутствие все усложняло. Я едва держалась. Каждая клеточка моего тела хотела этого оборотня, стремилась к нему. Эмоции накалялись, инстинкты вопили.

В эти дни самки оборотней были наиболее уязвимы. Они не могли охотиться, заботиться о себе, их тело испытывало физические изменения, требуя лишь одного...

Партнера.

Природа была устроена так, что волчица могла забеременеть один раз в год во время течки, и этот период считался самым сложным, а для меня – особенно. У меня этот процесс проходил намного болезненнее и тяжелее, чем у всех остальных волчиц.

И Ник это знал.

— Если тебе, что-нибудь нужно...

Я едва не фыркнула от его нелепой «заботы», и Николас до скрежета стиснул зубы.

— Просто уйди, – требовательно прошептала я, и он вышел из комнаты, хлопнув дверью так, что у меня едва не лопнули перепонки в ушах.

Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох.

Легче не стало. Его запах был повсюду, а этот взгляд...

Нет. Он ничего не значил!

В ванную... мне срочно нужно в ванную...

Низ живота свело тянущей болью, и я рефлекторно положила на него ладонь.

Боль будет усиливаться, если не получу то, что хочу, а вскоре станет невыносимой. Наверное, я никогда не смогу привыкнуть к этому.

На подкашивающихся ногах, я пошла и включила холодный душ. Воздуха не хватало, головокружение усиливалось, капли пота стекали по лицу и шее.

— Это пройдет, пройдет...

Я легла на кафель под ледяные струи воды и свернулась в клубок.

Гордость клана, белая волчица, наследница таежных волков, а на самом деле – пустышка, не способная родить ребенка!

Это и был мой самый страшный секрет.

Ведь, если альфа узнает, он тут же избавится от меня. Моя стая будет обречена, у них не останется ни шанса на свободу...

И в этом буду виновата я, только я!

Лихорадка усилилась, и я провалилась в тяжелое бессознательное состояние, в котором горели мышцы, сворачивало суставы, жар выжигал вены изнутри - бесконечный мучительный кошмар, из которого не было выхода.

Николас

Я вышел из комнаты Афелии, прекрасно зная об ее состоянии.

Сейчас ей нужна была забота, поддержка, ей нужен был партнер, чтобы облегчить симптомы, но Блэйка не было рядом...