Книга Средневековый детектив, страница 80 – Владимир Романовский

— Хозяйка! – крикнул Хелье.

— Не шуми так, – сказал Гостемил. – Это неприлично.

Хозяйка уже спешила к ним с кувшином свира, а за ней семенил половой с подносом, на котором стояли дымящиеся миски.

— Выпьем, друзья, – предложил Хелье, разливая жаркую влагу по кружкам. – Выпьем. Пусть ей, гадине, будет хорошо. Пусть будет ей счастья немеренно.

— Это кому же? – спросил Дир, вздымая брови, но все же берясь за кружку.

— Есть одна такая, – сказал Хелье. – Ведьма киевская.

Гостемил засмеялся.

— Но хороша, – добавил Хелье. – Как хороша, поселяне! Идет как плывет. Подбородок кверху. За нее! За нее!

Три кубка вскинулись и грохнули друг о друга. Хелье выпил свой залпом. Посмотрев на него внимательно, Гостемил схватил кувшин и налил ему еще. Хелье выпил и эту кружку.

— Теперь остановись, – сказал Гостемил. – Съешь чего-нибудь. А то станешь неестественно развязен, а это очень утомительно для окружающих. Не хватай руками, вот тебе нож. Эка дрянь, новгородская стряпня. Брызгается. Годрик!

Годрик, изучивший привычки болярина за то время, что Дир одалживал его Гостемилу, подошел и тщательно вытер забрызганную рубаху белоснежным куском материи – будто специально носил этот кусок с собой.

— Все равно пятно осталось, – сказал Гостемил с неудовольствием. – Теперь хоть и драться можно – рубаха загублена. Последняя из Корсуни. Помнишь Корсунь, Хелье?

— Помню.

— Не говори с набитым ртом.

— Я тоже помню, – сказал Дир. – Дрянной город.

— У тебя, Дир, кроме Ростова, все города дрянные.

— Так и есть.

— Но жить ты тем не менее предпочитаешь не в Ростове.

— Служба.

— Маммону.

— А?

— Нет, – сказал Гостемил, – это я так, не обращай внимания. Ну, стало быть, отношения выяснены, обиды забыты, так, может, друг наш Хелье расскажет, почему ему нужно скрываться и притворяться монахом. Если хочет.

— Эймунд меня невзлюбил.

— Не спрашиваю почему, – сказал Гостемил. – Это все?

— Житник решил, что ему будет неловко, если я продолжу ходить по земле.

— А тут спрошу. Почему?

— Он хотел, чтобы я ему доносил на Ярослава.

— Это уже серьезнее. Наверное.

— Да, – подтвердил Дир. – Житнику ты зря отказал.

Гостемил и Хелье посмотрели на него странно.

— А что? – спросил он.

— Стыдись, – сказал Гостемил.

— Чего мне стыдиться?

— Вы, стало быть, не по одному делу сюда явились, а по двум разным? – спросил Хелье.

Дир и Гостемил обменялись недружелюбными взглядами.

— Не мне судить, – добавил Хелье. – И не хмурьтесь вы так оба. Такая свинья этот Житник. Есть, конечно, на земле подлецы и похуже. Но найти их трудно. И ведь ханжество сплошное. Нет бы сказать – ты будешь мой спьен или тебя сейчас убьют. А он вопрос задает, да еще и умильным тоном – мол, не желаю ли я к нему в спьены пойти.

— А как ты оказался у Житника? – спросил Гостемил невинно.

Хелье строго на него посмотрел.

— Через окно, – ответил он.

— Зачем?

Хелье усмехнулся. Дир ничего не понял и залпом выпил кружку.

В этот момент к столику подошел странно одетый молодой человек, в котором Дир и Гостемил признали недавнего попутчика.

— День добрый, – сказал зодчий. – Простите меня, что без спросу подхожу и обращаюсь. Я еду в Верхние Сосны, и если вы направляетесь туда же, то хотел бы присоединиться.

— А откуда, милый человек, известно тебе, что именно туда мы едем? – спросил Гостемил.